Поиск по архиву

Научно-методический сборник "Вера. Культура. Образование. Цивилизационный выбор России". Выпуск 4

Безопасность современного детства в информационном пространстве – основа безопасности России

Анализ отношений российского общества к детству характеризуется наличием серьезных проблем в различных сферах, это:

кризис семейных ценностей в российском обществе, в том числе системы нравственных представлений о браке и семье;

падение социального престижа материнства и отцовства;

замена духовного общения с детьми «информационными технологиями», игрушками, компьютерными играми, интернетом, сотовым телефоном и т.п.;

кризис полоролевых отношений в семье, отсюда утрата традиционных нравственных и эстетических образцов мужественности/женственности;

отсутствие установки на семью как социально-психологическую общность, многодетную и многопоколенную структуру и другие проблемы.

Рост распространенности среди детей и молодежи пошлости, эгоизма, сквернословия, культа потребления и вседозволенности, иных негативных установок и явлений свидетельствует о нравственной выхолощенности государственно-общественной системы воспитания и образования и отсутствии стратегии подлинной и эффективной государственной поддержки ценностной направленности воспитания детей и молодежи в соответствии с социокультурными традициями России1.

Безопасность является самой насущной потребностью любого живого существа, шире – любой системы, а ее отсутствие и ощущение незащищенности неблагоприятным образом влияют на развитие субъекта. Безопасность – это явление, обеспечивающее нормальное развитие личности, и потребность в безопасности является базовой в иерархии потребностей человека (А. Маслоу), без хотя бы частичного удовлетворения которой невозможно нормальное развитие личности, достижение ей самореализации. Сложности обеспечения безопасности в современных условиях в связи с появлением качественно новых экологических и техногенных угроз и участившихся террористических актов говорят об устаревшей модели цивилизованного развития.

Безопасность как состояние сохранности психики ребенка предполагает поддержание определенного баланса между негативными воздействиями на индивида окружающей его среды и устойчивостью его самого к негативным факторам, способностью преодолеть такие воздействия собственными ресурсами или с помощью объединения со взрослыми и сверстниками.

Говоря о безопасности детства, мы имеем в виду не только обеспечение гарантий прав и условий для нормального развития ребенка в разных сферах, но и систему отношений его с окружающим миром – предметным и социальным (взаимоотношения со взрослыми, сверстниками, с самим собой как субъектами).

Безопасное развитие ребенка

Психологическое чувство защищенности является важным условием развития ребенка. Возникая с момента рождения, оно приводит к формированию привязанности, чувству глубокого доверия к миру. Это чувство формируется на основе опыта первого года жизни ребенка и превращается в установку, определяющую его отношение к себе и миру. Ненадежность, несостоятельность матери, отвержение ею ребенка являются причиной первого серьезного кризиса детского развития. Следствием этого является уже не просто недоверие, а появление установки страха, подозрительности, опасений за свое благополучие, формируется чувство незащищенности. Такая установка распространяется как на весь мир, так и на отдельных людей, будет проявляться во всей полноте на поздних стадиях психического и личностного развития. Именно через призму незащищенности и ожидания опасности в дальнейшем будут оцениваться и восприниматься все жизненные события.

 

Социальная ситуация развития

современного детства в России

В Российской Федерации сейчас проживает свыше 26 млн. детей, т.е. на 7,5 млн. меньше, чем в 2000 г., т.е. налицо не только демографические потери, но и очевидное старение нации. В России сегодня дети от 0 до 18 лет составляют приблизительно 23,3 % населения страны (в Москве лишь каждый пятый житель – ребенок).

Нравственно-духовный кризис общества инициируется состоянием информационной среды. Культ жестокости, насилия, порнографии, пропагандируемый в СМИ, печатных изданиях неограниченной продажи, в компьютерных играх и др. ведет к неосознанному желанию детей, подростков и молодежи подражать этому, способствует закреплению таких стереотипов поведения в их собственных привычках и образе жизни, снижает уровень пороговой чувствительности к чужим страданиям, боли, слезам, что, наряду с другими условиями, открывает путь для многих из них к равнодушию, цинизму, жестокости, правонарушениям, влияет на увеличение числа несовершеннолетних, совершивших преступления. Складывается устойчивая тенденция роста совершаемых детьми насильственных преступлений, нередко отличающихся немотивированной жестокостью. Это опасность для развития самих детей, для всего общества. Глубокий антропологический кризис затронул не только информационную среду, но и мир семьи, и образовательное пространство.

Таким образом, даже самый беглый анализ социальной ситуации развития детства как своего рода переживание ребенком безопасных условий существования в современной России открывает негативные изменения по всем трем направлениям трисоставной структуры личности ребенка: ее телесности, душевных проявлений и духовного бытия.

 

Информационная среда: территория опасности

Важнейшим фактором обеспечения безопасного развития детства является состояние информационной среды, информационного пространства. Информационное пространство (киберпространство или инфосфера) представляет собой специфическую техно-социальную среду, включающую в себя разнообразие информационных потоков сбора, обработки, хранения и передачи информации. Информационное пространство универсально, но обладает национально-специфичными способами построения, обработки и распространения информации.

Социальная функция информационного пространства в том, что являясь управляемым объектом, оно способно трансформировать сообщества, изменять характер и содержание общественных отношений во всех сферах – политике, культуре, науке, религии и других.

Детское информационное пространство содержит в себе следующие единицы. Это традиционные формы информации (на бумажных носителях – книги, журналы) и их использование в образовании, в детских СМИ. Анализ детской информационной продукции на традиционных бумажных носителях – особый разговор. Она имеет важную специфику: длительность хранения, возможность неоднократного обращения и возможность передачи.

Но прежде всего это информационные технологии (ИТ) на электронных носителях экранов – телевизора, компьютера, айпадов, смартфонов, сотовых телефонов и т.п.

 

Детская игрушка как специфическое средство
информационного воздействия

Специфическим выражением детской информационной среды является игрушка. Игрушка как объект информационного воздействия, в отличие от прочих форм, способна задействовать все органы чувств ребенка (визуальный, тактильный, слуховой, обонятельный, вкусовой), поскольку находится в максимальном интерактивном взаимодействии с ребенком.  

Как специфическое средство информационного воздействия игрушка выступает с самого раннего возраста и еще в пренатальном развитии.

Являясь культурным орудием социализации, современная игрушка зачастую способна транслировать негативное психоэмоциональное и духовно-нравственное содержание, превращаясь по сути в антиигрушку, поскольку выступает как специфическое средство информационного воздействия, трансформирующее смысловую сторону жизнедеятельности ребенка, переворачивает ценности, навязывая негативные установки детского поведения.

Антиигрушка – это игрушка, не отвечающая, прежде всего, критерию духовно-нравственной безопасности, являющаяся побудителем и средством передачи разрушения, способствующей формированию аморальности, возникновению психических заболеваний и нервных расстройств, в крайних проявлениях – побуждающим к жестокости и насилию, и даже совершению самоубийств.

Психологическое воздействие оказывается на конкретные сферы психики человека\РЕБЕНКА:

потребностно-мотивационную (знания, убеждения, ценностные ориентации, влечения, желания);

интеллектуально-познавательную (ощущения, восприятия, представления, воображение, память и мышление);

эмоционально-волевую сферу (эмоции, чувства, настроения, волевые процессы);

коммуникативно-поведенческую (характер и особенности общения, взаимодействия, взаимоотношений, межличностного восприятия).

По мнению ученых и специалистов сферы образования, состояние игровой среды является одной из актуальных проблем современного детства. Ее безопасность, качество, интеллектуальная и эмоциональная насыщенность напрямую отражаются на благополучии и здоровье детей, их интеллектуальном, психическом и нравственном развитии, общей психологической безопасности.

Настоящая игрушка дает представление об идеальном мире, при этом кукла – идеальный образ человека. Психологи очень обеспокоены «сексуализацией» игрушек, что приводит и к сексуализации детского сознания. Игрушки осязаемы, они предполагают определенные действия со стороны ребенка. Процесс игры тесно связан с познанием мира и побуждает к экспериментам. Особое значение здесь имеют куклы. Современные куклы изготавливаются и для мальчиков, и для девочек: для первых они часто киллеры-убийцы, для вторых соблазнительницы или развратные особы. Многие куклы, находящиеся в продаже, несут на себе отпечаток избыточной сексуальности: куклы-путаны, куклы-монстры, куклы-воительницы, наносящие раны и убивающие – вот образцы для подражания нашим детям.

Эксперты свидетельствуют, что куклы более опасны для детской психики, чем компьютерные игры с условно-эротическими элементами и прочая «цифровая» продукция, включая изображения рок-знаменитостей в откровенных сценических костюмах.

Безопасность информационных технологий –
возможна ли?

Возможно, наибольшую угрозу безопасному развитию современного ребенка в информационной среде представляют информационные технологии, прежде всего интернет. Исследования свидетельствуют следующее. Больше 40 % детей сталкиваются в интернете с изображениями сексуального характера, причем 6 % – каждый день. Второй значимый риск – встречи в онлайн с незнакомцами, выдающими себя сначала за сверстников, затем все более и более втягивающих детей в общение, затем используя их для своих целей: педофилы и развратники, мошенники и воры – вот кто может скрываться за партнером по общению. Постоянно знакомится с новыми людьми в интернете половина российских детей, причем мальчиков среди таких смельчаков больше, чем девочек. А 40 % признаются, что затем встречаются с ними в реальной жизни! В Европе знакомства в сети заводят всего 29 % детей, но встречаются с ними в реальности меньше – лишь 10 % (видимо, хорошо работают предупреждающие ограничения родителей и педагогов и соответствующая техника). Чаще всего именно с незнакомцами наши дети общаются и в социальных сетях, тогда как в Европе большинство среди таких собеседников – реальные знакомые.

Результаты исследования показывают: Россия действительно вошла в зону риска интернет-технологий для детей: возраст пользователей снижается до 3-х летнего возраста, при этом оказывается, что контроль со стороны родителей и взрослых вообще минимален, а опасные формы общения в Рунете распространяются предельно быстро.

 

Буллинг и кибербуллинг в школе и дома

Опасные риски в образовании сегодня велики. Насилие в школе – буллинг (издевательства, травля) – становится рядовым явлением. Английское слово «буллинг» (bullying, от bully – хулиган, драчун, задира, грубиян, насильник) обозначает запугивание, физический или психологический террор, направленный на то, чтобы вызвать у другого страх и тем самым подчинить его себе. Раньше это было просто житейское понятие, но в последние 20 лет оно стало международным социально-психологическим и педагогическим термином, за которым стоит целая совокупность социальных, психологических и педагогических проблем. Формы школьного буллинга могут быть различными: систематические насмешки, в основе которых может лежать что угодно – от национальности до внешних данных ребенка, вымогательство, физические и психические унижения, различного вида издевательства, бойкот и игнорирование, порча личных вещей и др. Булли чрезвычайно изобретательны. Прелюдией может быть изощренная деморализация сверстников посредством особых форм поведения, когда буллер перед детьми, часто меньше себя, например, отрывает головы птицам, жестоко мучает котенка. Эти шокирующие формы устрашения действуют безотказно, после них – очередь за сверстниками или за слабыми взрослыми – брошенными стариками, бомжами, которых зачастую ждет печальная участь и никто из свидетелей жестокости, как правило, не способен вмешаться.

Как проявления травли специалисты расценивают оскорбления, угрозы, физическую агрессию, постоянную негативную оценку жертвы и её деятельности. Буллинг может быть как в физической, так и в психологической форме. Проявляется во всех возрастных и социальных группах. В сложных случаях может принять некоторые черты групповой преступности. Жертвы буллинга в подавленном состоянии способны на самые отчаянные шаги, вплоть до ухода из жизни.

Кто же может оказаться в первую очередь объектом школьного насилия? Как показал анализ, жертвы школьного буллинга имеют следующие характеристики: они часто тревожны, не уверены в себе, имеют низкое самоуважение. Их легко напугать, они чувствительны, замкнуты и застенчивы. Они часто не имеют ни одного близкого друга, склонны к унынию и депрессивным состояниям. Если это мальчики, они могут быть физически слабее своих ровесников. Если это девочки, их отличает внешний вид – одежда, прическа, излишняя полнота или худоба и пр. Весьма часто дети из многодетных, православных семей испытывают агрессивное воздействие в форме буллинга в классах с инославным или инокультурным окружением.

Часто жертвами буллинга становятся дети, испытывающие трудности в учебе, письме и чтении, и/или страдающие расстройствами внимания и повышенной возбудимостью, их поведение часто вызывает раздражение у многих одноклассников, учителя порицают их за академические неуспехи. Все это делает их легкой добычей и жертвами буллинга, способствуя закреплению социально невыгодных психологических черт и стиля поведения, часто на долгие годы.

Насилие в образовательной среде школы может быть спровоцировано, особенно в младшей школе, таким фактором, как современная детская литература. Вот пример:

 

«Решил подраться – выбирай того, кто послабей.

А сильный может сдачи дать. Зачем тебе она?

Чем младше тот, кого ты бьешь, тем сердцу веселей

Глядеть, как плачет он, кричит и мамочку зовет».

Григорий Остер «Вредные советы»

 

Опрос педагогов детских садов и начальных классов школы показал, что такого рода безответственные «приколы» взрослых лишь на первый взгляд кажутся безобидными и способными развивать чувство юмора у школьников. На самом деле в сознании 6- 10-ти летних мальчиков и девочек прочно западает модель подобного поведения, «разрешенного» дядей-писателем.

Еще один «образец» провокаций в образовательной среде. 2012 год. Олимпиада по математике для школьников.

 

 

Типовое задание для 8 класса.

Задача № 3

«В психиатрической больнице есть главный врач и много сумасшедших. В течение недели каждый сумасшедший 1 раз в день кусал кого-то (возможно, и себя). В конце недели оказалось, что у каждого из больных по 2 укуса, а у главврача – 100 укусов. Сколько сумасшедших в больнице?»

Возмущенные родители считают, что это глумление над больными, над врачами и над школьниками и требуют привлечь к ответственности авторов подобных задачек.

Новейшая форма в проявлении школьного насилия – кибербуллинг, т.е. буллинг (травля, издевательства) с использованием электронных средств коммуникации: компьютера, сотового телефона и пр. Поскольку на многих мониторах компьютеров есть видеокамеры, дети-хулиганы «для прикола» скачивают фотографии и видео ребят из их компьютеров без их ведома и затем используют в своих целях, даже для изготовления порнографической продукции с помощью фотошопа. Сделать рассылку ложной информации от имени жертвы, написать язвительный комментарий к сетевому дневнику подростка, унизить маленького человека, грубо оскорбив его родителей, от чего ребята страдают не меньше, чем от оскорблений в их собственный адрес, – все эти практики используют изобретательные юные агрессоры, неплохо владеющие компьютерными технологиями.

Кибербуллинг – подростковый виртуальный террор, он невидим, но оттого не менее страшен. Мотивацией к кибербуллингу могут выступать зависть, месть, чувство неприязни, борьба за власть, подчинение лидеру, нейтрализация соперника, самоутверждение и др., вплоть до садистических, по психологической сути, действий отдельных личностей. Поводом к нападению может послужить избыточный вес сверстника, недостатки внешности, ревнивые претензии на взаимность «буллера», опубликованная частная переписка, и – что угодно. Во многих случаях даже повода не нужно – школьники обрушивают свою агрессию на любого, кто покажется им подходящим объектом их атаки. Надо обладать необходимым для противостояния мужеством, твёрдостью характера, независимостью, чтобы совладать с ситуацией кибернасилия.

 

Языковая безопасность как воспитание

национальной идентичности

Защита культурного, духовно-нравственного наследия, исторических традиций и норм общественной жизни, сохранение культурного достояния всех народов России, формирование государственной политики в области духовного и нравственного воспитания, согласно идеологическим установкам Стратегии, невозможна без особого отношения к русскому языку.

Духовное обновление общества невозможно без сохранения роли русского языка как фактора духовного единения народов многонациональной России и языка межгосударственного общения. Это и вопрос национальной безопасности, поскольку ей может быть нанесен ущерб, если затрудняется самоидентификация, самоопределение человека как жителя России или русского, если воспитание не формирует механизмы идентификации и способы реагирования на происходящее, которое искажает или разрушает сознание и самосознание человека.

Уникальность языковой безопасности обеспечивается не чем иным, как только правильным русским языком, который способен сформулировать и удержать национальную идентичность, как единство, как способность народа адекватно воспринимать и продолжать свою историю, сохранять и защищать собственную самобытность, не допускать разрушения национального сознания и самосознания, трансформации своего языкового генетического кода. Ребенок как носитель русского языка должен быть огражден от «комплекса национальной неполноценности» по языковому признаку.

С чем сталкивается в этих важных процессах ребенок сегодня?

1. Обеднение языка самой литературы для детей, сокращение количества детских журналов, периодики. Излишнее упрощение языка, сниженный лексический словарь, внимание на смешных, «прикольных» моментах, грамматические и синтаксические ошибки.

2. Устная речь персонажей современных мультфильмов, мультсериалов и компьютерных игр (особенно западного производства) изобилует бранными словами, грубой интонацией, двусмысленностями.

3. Особым цинизмом на телевидении отличается канал «2х2», демонстрирующий мультфильмы с эпизодами жестокости, насилия, глумления и безнравственности. Традиционные отечественные сказки и мультфильмы после такого агрессивного воздействия кажутся детям пресными, неинтересными.

4. Использование криминальной лексики на телевидении, столь прочно осевшей в фильмах, в выступлениях на ток-шоу, в телепроекте «Дом-2» и др. передачах, часто оказывается в детской речи и общении, типа: «Что ты на меня наезжаешь?» или «Кончай базар» и пр. – это произносится уже с дошкольного возраста. В речи дошкольников и школьников всех классов появляются и прочно укрепляются, особенно в межличностном общении, бранные слова, инвективная лексика (мат).  

5. Русский язык как язык общения наших детей страдает от неоправданных заимствований из других языков и слэнгов. Достаточно сказать, что слова «юзер» (пользователь), «аська» (общение онлайн), «мама» (материнская плата) и т.п., перешедшие из сетевого псевдоязыка, прочно укоренились в общении подростков и молодежи, превратившись в своеобразный язык – арго.

6. Особо следует сказать о разрушительном инокультурном языковом влиянии непомерного употребления английского языка, прежде всего в его американском изводе.

Важная роль в обеспечении языковой безопасности принадлежит детскому фольклору, словесным играм и коммуникации. Формы традиционного детского фольклора: считалки, дразнилки, мирилки, заклички, загадки и пр. представляют собой глубинные архетипы народной мудрости и языковой силы, утрата или перекодировка которых не может не сказаться на общей языковой культуре, личностной самобытности и духовно-нравственном развитии ребенка. Например, русская старинная считалка «На златом крыльце сидели: царь, царевич, король, королевич, сапожник, портной. Кто ты будешь такой?..», дающая представление об особой иерархической системе человеческого общества. В современной игре она оказывается переделана под американские стандарты, зафиксированные в мультфильмах: «На золотом крыльце сидели мишка Гамми, Том и Джерри, дядя Скрудж и три утенка, а водить-то будет Понка (?!)…». Здесь  персонажи считалки, с которыми дети себя идентифицируют, являются пустым перечислением инокультурных «ценностей»: скаредности, грубости, обманной предприимчивости и пр. Не получает ли здесь ребенок первый опыт «культурно-языковой экспансии»?

Необходимо обеспечить языковую безопасность хотя бы на таком уровне, чтобы остановить тенденцию превращения в «страну эмигрантов наоборот». Подобно С. А. Есенину, испытывающему глубокое страдание от языковых трансформаций в 20-х годах в России: «…в своей стране я словно иностранец», мы вслед за Шевчуком можем сказать: «я на родине – в плену».

Языковая безопасность в детском развитии проявляется в: способности ребенка сохранять устойчивость в инокультурной среде, в том числе и с психотравмирующими воздействиями, в сопротивляемости личности деструктивным воздействиям, как установлении и переживании собственной защищенности в той или иной конкретной жизненной ситуации.

Активная защита языковой среды детства является важнейшим аспектом национальной безопасности Российской Федерации и личностной защищенности каждого ребенка в овладении родной речью, русским языком.

Таким образом, социальная ситуация развития современного детства представляет собой определенные риски для безопасного развития ребенка в различных сферах: физической, ментальной, психологической и духовно-нравственной, и задача взрослых – в поиске и нахождении решений на пути обретения психоэмоционального благополучия каждым ребенком.  

Вера Васильевна  Абраменкова 

православный психолог, главный специалист Института психолого-педагогических проблем детства РАО, член экспертной группы по обеспечению безопасности развития семьи и детства Координационного совета по духовно-нравственному воспитанию детей и молодежи при Правительстве Калужской области, доктор психологических наук,

г. Москва

Другие статьи номера
Православный календарь