Поиск по архиву

Научно-методический сборник "Православие, культура и образование. XXI век". Выпуск 3

Обеспечение духовной безопасности детей как стратегичесая задача Российского государства

Государство и общество активно обсуждают вопросы о безопасности детей от разного рода угроз. В Национальной стратегии действий в интересах детей1  (далее Стратегия) указывается, что «обеспечение благополучного и защищенного детства стало одним из основных национальных приоритетов России». Тем не менее, в Стратегии, определяющей основные направления и задачи государственной политики в интересах детей, нет упоминания об обеспечении духовной безопасности как одного из основных направлений её реализации.

Вместе с тем, без обеспечения духовной безопасности детей немыслима их подлинная защита. Такие направления реализации Стратегии, как качественное обучение и воспитание, культурное развитие и информационная безопасность детей, являются лишь частью или предпосылкой духовного аспекта безопасности.

Важность обеспечения духовной безопасности детей связана с тем, что духовная жизнь, её качество влияет не только на мировоззрение и времяпрепровождение, но и на психическое и физическое здоровье человека.

Многие учёные отмечали связь духовной жизни с психической деятельностью человека. Неразвитость духовных сил ребёнка не позволяет ему в полной мере взять всё положительное от воспитания и обучения, приводит к поиску пустых развлечений, потребности в не детских интересах и занятиях, последствиями которых могут быть глубокие душевные переживания, обострение чувства вины, что ведет к неврозам и психопатиям. Исследования учёных в области психиатрии показывают возможность духовного лечения таких психических заболеваний, как болезни мозга, эндогенные процессы (например, шизофрения), психопатии, реактивные заболевания и пр.2.

Неразвитость духовной сферы детей приводит к употреблению одурманивающих веществ, ранним половым связям, следствием чего являются многочисленные заболевания, число которых среди детей растет из года в год.

Новым вызовом безопасности общества сегодня предстает перед нами бездуховность, а точнее сказать тёмная духовность или ложная. Утрата подлинной светлой духовности ведёт к личной трагедии человека, а также способствует совершению преступлений. В основе всякого умышленного преступления лежит искаженное представление о добре и зле, а основной причиной его совершения — духовные качества личности.

То есть правильная духовная жизнь обеспечивает и здоровье нации, и безопасность государства. Именно поэтому обеспечение духовной безопасности детей, являющей собой непреходящую ценность, можно рассматривать в ряду стратегических задач Российского государства.

Духовное здоровье невозможно без наличия у людей духовных потребностей. Следовательно, цель духовной безопасности заключается не только в обеспечении духовного здоровья людей, но и в формировании у них духовных потребностей, а также в создании возможностей и готовности  общества их удовлетворить. Духовное здоровье человека не может пониматься только как часть его самого, это еще элемент духовной среды общества. Следовательно, без создания соответствующей среды, в которой духовность полноправно правит, невозможно массовое воспитание духовно здоровых людей. Развивая и охраняя духовную среду, общество оказывает воздействие и на каждого отдельно взятого человека, формируя у него положительные духовные качества. Духовность человека определяется устойчивостью положительных духовных качеств, формируясь и укрепляясь верой в Бога.

Осознавая важность затронутых категорий, учёные сегодня поднимают вопрос не только о духовной безопасности человека, но и о духовном праве, призванном защищать духовные отношения в обществе3.

Вместе с тем, вечное противоборство зла добру, имея в своем арсенале интернет, телевидение, тактику глобального навязывания «новой нравственности» (лженравственности) и «новой культуры», сегодня обостряется, представляя особую угрозу. В результате мы наблюдаем распространение крайне вредоносных явлений, которые, бесспорно, посягают на духовную безопасность детей. Речь идет, в первую очередь, о расширении диапазона сексуальной приемлемости и раннего сексуального воспитания детей.

Интерес к теме раннего сексуального образования детей вызван ратификацией Россией в 2013 году Конвенции Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуальных злоупотреблений, статья 6 которой предусматривает для стран-участниц введение раннего сексуального образования детей, что якобы необходимо для снижения рисков сексуального насилия в отношении несовершеннолетних. Не веря, что подобное возможно, формальное основание, скрытое в Конвенции, не исключает возможности развёртывания и в нашей стране компании по раннему сексуальному образованию, учитывая, что такие пособия, переведенные с иностранных языков, уже распространяются через книжные магазины.

В связи с этим подобные обстоятельства в превентивных целях требуют криминологического осмысления возможных криминальных рисков такого новаторства.

Обращение к зарубежному опыту показывает, что в большинстве стран Европы уже реализуется программа сексуального образования детей с дошкольного возраста. Так, Европейское региональное бюро Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) и Федеральный центр просвещения в сфере здравоохранения (ФЦПСЗ), ссылаясь на Конвенцию о правах ребёнка, разработала единые Стандарты сексуального образования в Европе (далее Стандарты), признанные основой определения политики по данному вопросу в области образования и здравоохранения.

Стандарты в первую очередь нацелены на изменение правосознания общества, вводя понятие «сексуальные права детей», которые включают в себя, помимо прочего, «сексуальное образование», «самостоятельное принятие решения быть сексуально активным или нет», «свободу выбора партнёра»4. Причем Стандарты поясняют, что дети с самого раннего возраста в этой сфере наделены не только право-, но и дееспособностью, то есть не просто обладают этими правами, но могут их реализовывать.

Стандарты развивают концепцию «интимное гражданство», которая, кроме сексуальности, «включает сексуальные предпочтения, сексуальную ориентацию, различные способы проявления мужественности и женственности, разные формы отношения и способы совместного проживания родителей и детей»5.

С помощью Стандартов осуществляется попытка убедить общество, что нормальным необходимо расценивать такое поведение, когда «у детей проявляются сексуальные ощущения даже в раннем детстве», а между вторым и третьим годом жизни «дети начинают познавать свои собственные тела (мастурбация, самостимуляция) и также могут пытаться исследовать тела своих друзей (игра в доктора)»6.

Стандарты сексуального образования в Европе обладают не просто декларативным характером, поскольку вводят матрицу сексуального образования, на основании которой выделяют образовательные периоды: от 0 до 4 лет, от 4 до 6 лет, от 6 до 9 лет, от 9 до 12 лет и т.д.7 

Так, например, сексуальное образование в возрасте от 0 до 4 лет включает в себя три блока: «предоставление информации», «формирование навыков» и «формирование установок». В этот период, согласно Стандартам, ребёнок обязан получить информацию: «о разных видах любви», «ощущении потребности в частной жизни», «беременности и рождении», «основах репродукции человека», «разных способах создания семьи», о том, что «наслаждение от физической близости является нормальной частью жизни каждого», испытать «ощущение радости от соприкосновения к телу, мастурбации в раннем возрасте», приобрести установку о нормальности «исследования собственного тела и половых органов»8 и т.п. С 4 лет (помимо уже изученного) ребёнок должен знать об «основах репродукции человека», «любви к представителям одного пола», детей нужно научить «говорить о сексуальности», помочь им развить «уважение к гендерному равенству»9 (последнее не синонимично понятию равенство полов) и т.п. С 6 лет ребёнок должен знать об «изменении тела, менструации, эякуляции, различиях в развитии, проявляющихся со временем», «биологических различиях мужчин и женщин», «разных способах оплодотворения», «сексе в СМИ (включая интернет)», «половом акте» и пр.10 А, например, с 9 лет, ребёнок, среди прочего, должен обладать навыками «эффективно пользоваться презервативами и противозачаточными средствами», а также правом «принимать сознательное решение иметь сексуальный опыт или нет»11.

На практике такое образование выглядит следующим образом. Например, в буклетах немецкого министерства по семейным делам (два буклета объемом по 40 страниц, каждый из которых одобрен немецким федеральным Центром Санитарного просвещения – Bundeszentrale fur gesundheitliche Aufklarung (BZgA), родителей призывают делать сексуальный массаж детям в возрасте от 1 до 3 лет: «Отцы уделяют недостаточно внимания клитору и влагалищу дочерей. Лаская своих дочерей, отцы почти не уделяют внимание этой зоне, в то время как это — единственный способ, благодаря которому девочки могут развить гордость от того, что они – девочки»12.

Такое «образование», по нашему мнению, может иметь весьма опасные последствия и даже детерминировать сексуальные преступления. Отечественное традиционное половое воспитание ориентировано на значительно более старших лиц (готовых адекватно принять информацию), а основное место в нём уделяется этике семейной жизни и духовной составляющей отношений между мужчиной и женщиной, проблемам взаимной ответственности людей, а главное - целомудрию (добрачному воздержанию) как укоренённой в христианской культуре норме человеческой жизни. В Европейском же подходе знания имеют скорее обучающий характер: какое важное значение имеет использование детьми своего права на личную жизнь, как пользоваться контрацептивами, как реализовывать себя в сфере сексуальных взаимоотношений, в них также пропагандируется толерантность к нетрадиционным сексуальным связям и лицам их имеющим. Результатами такого сексуального воспитания на практике оказывается снижение нравственности, рост распущенности в сексуальном поведении.

Специалисты в области детской психиатрии подтверждают эти выводы. Так, детский психиатр, профессор Г.В. Козловская, утверждает, что поток откровенной сексуальной информации в период половой и психической незрелости ребенка резко тормозит его психическое и интеллектуальное развитие, примитивизирует интересы, провоцирует высокую вероятность невозможности формирования нормальной взрослой личности. А отсутствие при этом интеллектуальных и психических сил, необходимых для противостояния жизненным трудностям и стрессам, приводят к алкоголизму, наркомании, проституции и преступлениям13.

Против раннего сексуального образования уже выступает множество учёных, врачей и практических психологов за рубежом, которые, проанализировав применяемую в их странах на протяжении многих лет практику сексуального образования детей, опровергают не только его необходимость, но и говорят о его вредоносности.

В частности, в книге практического детского психолога и психиатра М. Гроссман «Чему вы учите моего ребенка?»14 научно обосновано рассказывается о том, каковы вредоносные последствия сексуального обучения.  Автор утверждает, что дети не могут быть сексуально свободными без риска. Доктор Гроссман приводит примеры целых школ и организаций, в которых такое сексуальное образование травмирует психику детей, оказывает негативное влияние на всю их последующую жизнь и опровергает утвердившееся в западном обществе мнение о том, что «изучать» свою сексуальность с самого раннего возраста – это вполне естественно, и только сами дети могут решать, когда своё право на сексуальность они могут реализовать в полной мере. Учёный объясняет свою позицию тем, что, согласно нейробиологии, мозг детей не развит в полной мере, в связи с чем  они не могут контролировать себя и останавливать в моменты сексуального возбуждения, не способны видеть истинных последствий своих поступков, а сексуальное обучение подталкивает их к раннему интересу в этой сфере и соответствующим экспериментам.

Доклады о вредоносности сексуального просвещения для детей  опубликованы на авторитетном сайте "Heritage" (Наследие)15. Многие сообщества и организации за рубежом выступили против раннего сексуального образования. Например, Американская ассоциация врачей-педиатров в 2010 году сделала заявление, в котором содержалось требование о запрете сексуального просвещения детей как крайне опасной для их здоровья формы образования, и вместо этого предлагала ввести программы, направленные на воспитание целомудрия (добрачного воздержания).16 Несмотря на это, Стандарты сексуального образования в Европе были приняты и действуют до сих пор.

Критическое внимание к сексуальному просвещению детей в «цивилизованном обществе» возник, в том числе, как закономерная реакция на ситуацию в сфере безнравственности и заболеваний, передаваемых половым путём в среде несовершеннолетних. Официальный доклад Федерального центра по контролю заболеваемости США, опубликованный в 2008 г., был назван «шокирующим для американского общества. Согласно приведённым в нём данным, каждая четвертая девочка-подросток в США больна тем или иным заболеванием, передающимся половым путем17.

Пока мы в этом вопросе далеки от США, тем не менее у нас тоже имеются проблемы. Сегодня в России наблюдается рост сексуальной активности у девочек подростков. В качестве иллюстрации этого можно привести статистику преступлений, предусмотренных ст. 134 Уголовного кодекса РФ - «Половое сношение или иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста». Если до 2003 года регистрировалось не более 200 таких преступлений в год, то в 2005 г. их было зарегистрировано 1632, в 2006 г. – 3081, в 2007 г. – 3911, в 2008 г. – 4479, в 2009 г. – 4746, в 2010 г. – 3617, в 2011 г. -  3978, в 2012 г. – 185218 преступлений. Статистически зафиксировано, что за девять лет рост преступности произошёл в девять раз. Столь стремительный рост числа добровольно вступающих в сексуальные отношения несовершеннолетних, не достигших шестнадцатилетнего возраста, свидетельствует об их отклоняющемся поведении в сексуальной сфере, выражающемся в увеличении сексуальной активности, снижении возраста начала половой жизни и моральной деградации.

Кроме того, в России ежегодно около 600 малолетних детей беременеют и рожают. Согласно официальным данным министерства здравоохранения, в России в 2010 г. было зафиксировано 655 фактов беременности и родов среди девочек до 14 лет, в 2011 г. – 586 таких случаев19. (Калужская область является одним из немногочисленных регионов, в котором не было зафиксировано ни одного подобного факта в рассматриваемый период).

Отчетливо прослеживается связь между ранним сексуальным образованием детей, ранним началом половой жизни и общей деградацией личности ребенка, ведущей к иным видам отклоняющегося, в том числе преступного поведения. Из числа опрошенных несовершеннолетних девушек, совершивших повторные преступления, только 8,7% указали на отсутствие половых контактов в их жизни. Возраст начала ими половой жизни определяется следующими данными: до 14 лет – 37, 3%; 14–15 лет – 55,4%; 16 лет – 7,3%20. Эти показатели существенно отличаются у опрошенных нами школьниц, не имевших проблем с законом.

По данным исследований, жертвы сексуального насилия достоверно раньше вступают в сексуальную жизнь, чаще меняют сексуальных партнеров, имеют в несколько раз больший диапазон сексуальной приемлемости.21

Вполне очевидно, что, если законодательством запрещены сексуальные отношения с лицами до 16-ти лет, подобное деяние со стороны совершеннолетних относится к преступным, то и начало полового воспитания возможно только после  достижения указанного возраста, а реализовываться они должны в форме, соответсвующей нормам нравственности. Мы полагаем, что раннее сексуальное образование детей может привести еще к большему обострению проблемы сексуальной распущенности в современном обществе.

Ранняя половая жизнь ведет к серьезным последствиям, в том числе и в репродуктивном здоровье девушек, повышается риск гинекологических и венерических заболеваний, ранней беременности, рождения больных и слабых детей, увеличивается число абортов. По оценке специалистов, в России каждый пятый аборт делается подростками до 18 лет22.

Согласно полученным результатам исследования фонда Heritage Foundation, около 25 процентов сексуально активных девушек в возрасте от 14 до 17 лет считают себя «несчастными», при этом не всегда проявляя клинические признаки депрессии. Такие же ощущения описывают лишь 8 процентов девушек, не ведущих регулярной половой жизни. Около 14 процентов сексуально активных девушек совершали попытки самоубийства. Среди их ровесниц, не ведущих половой жизни, суицидальное поведение встречается лишь в 5 процентах случаев. Юноши, ведущие половую жизнь, также более склонны к суициду: 6 процентов из них пытались покончить с собой, в то время как среди не вступающих в ранние половые связи этот показатель в шесть раз меньше.23 А ведь согласно статистическим данным, в России ежегодно растет суицидное поведение детей. Это ли не повод задуматься над проблемой?

Пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений, также являющаяся частью раннего сексуально образования, предусмотренного Стандартами, уже стала привычной для западного общества.

В ряде стран Европы реализуются программы воспитания толерантного отношения к лицам нетрадиционной сексуальной ориентации. Отметим, что участники этих программы не взрослые лица, а дети, начиная с младшего школьного возраста. В скандинавских странах такие традиционные сказки, как «Золушка», объявлены нетолерантными, вместо них в рамках школьной программы дети читают такие произведения, как, например, роман «Король и король». По сюжету романа принц влюбляется в короля, принцесса в королеву. Считается, что таким образом дети приучаются к разнообразию форм сексуальности. Или произведение «Танго втроём», в котором рассказывается о пингвинах-самцах, которые завели семью и воспитывают детёныша. Необходимо отметить, что такие проекты поддерживаются государственными программами.

Кроме того, в европейских школах проводятся уроки толерантности, которые являются частью образовательной программы, то есть являются обязательными для посещения. На этих уроках для общения с детьми, в том числе младшей школы, приглашаются лица нетрадиционной сексуальной ориентации, которые рассказывают о своём мировоззрении, пристрастиях в сексуальной сфере, делятся личным опытом сексуальных взаимоотношений и отвечают на вопросы детей на тему секса.

Такая образовательная политика приводит к смене идеологии в области сексуальных отношений и сокрушительному удару по духовности детей. По нашему мнению, это имеет не только серьезные нравственные, но и криминогенные последствия, поскольку внушение детям определенных мыслей, разжигание их любопытства, а также размывание в сознании границ нормальных и отклоняющихся сексуальных отношени не только способствует росту безнравственности детей, но ведёт к повышению уровня их виктимного поведения, а значит, может привести к росту числа преступлений, совершаемых в отношении несовершеннолетних.

В открытом манифесте педофилов (или бойлаверов, как они себя называют) отстаивается главное «право мальчика свободно раскрывать, развивать и совершенствовать свою индивидуальность и свою чувственность».24 Педофилы утверждают, что это они защищают права ребенка, а жестоким обращением предлагают «считать ситуацию, при которой мальчику запрещено пользоваться своими правами участвовать в любовных взаимоотношениях». Бойлаверы открыто ссылаются на ч. 1 ст. 16 Конвенции о правах ребенка, согласно которой «ни один ребенок не может быть объектом произвольного или незаконного вмешательства в осуществление его права на личную жизнь». В число детских прав на личную жизнь, в их понимании, входит  право на сексуальные отношения с любого возраста, а главное условие реализации этого права — личное желание ребенка, даже если желание возникло в результате целенаправленного воздействия взрослого. В манифесте педофилы выдвигают требования переосмыслить нынешние стандарты сексуальности, как «нарушающие основные права человека».

Сегодня педофилы Европы через законодательную власть пытаются добиться изменения понятия педофилии, предлагая оставить в сфере уголовно-правового регулирования лишь насильственные действия сексуального характера с детьми, исключив «добровольные» сексуальные отношения, независимо от возраста ребёнка. Согласно закону Норвегии, педофилия может быть медицинским диагнозом, который не обязательно непременно должен быть связан с преступлением. Те есть педофилия, как диагноз, может освобождать лицо от ответственности и наказания, выводя содеянное им не только из данных статистического учёта преступности, но и не позволяя проведение в отношении педофилов профилактических мероприятий.

Посредством поддержки властей реализуется множество педофилозащитных программ и кампаний. Например, бывший глава министерства по делам детей и равноправия Норвегии Эудун Лисбаккен основал фонд пропаганды сексуального разнообразия среди детей с раннего детства, который сегодня спонсируется правительством. А решением Гаагского суда в 2006 г. был отклонен иск общественности о запрете общественной организации педофилов PNVD, а её деятельность признана законной. В 2012 году на Бергсенском кинофестивале в Норвегии событием года был объявлен фильм «о добряке-педофиле Свене, который раскрывает душу и чувства истинного педофила».25

В связи с этим в обществе складывается неоднозначное отношение к педофилии, педофилия дифференцирована: педофилия как садизм — по-прежнему вне закона, педофилия как чувство претендует на то, чтобы считаться вполне приемлемым явлением.

Такое отношение сказывается на выявлении и расследовании преступлений. Так, более 90 человек, живших в норвежской деревне Бьюгн, заявили о том, что 20 лет назад в детском саду они были изнасилованы или в отношении них были совершены насильственные действия сексуального характера. Однако вместо того, чтобы возбудить уголовное дело и наказать виновных, показания этих взрослых людей были объявлены «детскими фантазиями». Вместе с тем, несмотря на то, что рассказы жертв назвали «ложными воспоминаниями», этим людям выплатили по 10 тыс. долларов компенсации.

Или другой пример. В полицию Норвегии обратилась двадцатитрехлетняя жертва с заявлением о том, что её отец постоянно насиловал её с 4 до 17 лет. В феврале 2013 г. суд завершил рассмотрение дела в отношении отца-педофила и признал его виновным. Однако адвокат педофила подал апелляцию о признании полной невиновности отца жертвы,26 получив поддержку своей позиции со стороны определённой части общественности.

В докладе о случаях изъятия детей из семей в Швеции и соседних Скандинавских странах, направленном генеральному секретарю Совета Европы  и подготовленном юристами, судьями в отставке, профессорами права, психологии, членами Управляющего комитета Комитета по правам человека в Скандинавских странах «За права семьи в Скандинавских странах»27 содержится запрос на проведение тщательной проверки по факту повсеместного распространения в Скандинавских странах практики изъятия детей из семей, в том числе на основании «неприемлемых» религиозных или философских убеждений родителей.28 Среди «неприемлемых взглядов» — нетолерантное отношение к сексуальным меньшинством.

Кроме того, есть основания предполагать существование организованной (возможно, транснациональной) сети педофильных сообществ. Так, в интервью телеканалу ВТМ известный бельгийский педофил-рецидивист Марк Дютру заявил, что «существует мощная организованная преступная сеть педофилов»,29 а он сам регулярно поддерживал связь с лицами, входящими в эту преступную организацию. Особенно опасным является стратегическая цель деятельности сообществ: сегодня они нацелены не только на совершение сексуальных преступлений в отношении детей, но и на изменение массового сознания в этом вопросе. Для этого они пытаются доказать и утвердить в обществе две основных мысли: «секс с детьми не вредит им» и «детям так же, как и взрослым это нравится, и поэтому здесь нет ничего плохого».30 Они разрабатывают соответствующие стратегии легализации педофилии и «переформатирования» общества, чего, как они полагают, можно добиться вовлечением в сексуальные отношения как можно большего числа детей с самого раннего возраста.

В ходе расследования одного из крупнейших преступлений последних лет – сексуального насилия над 128 воспитанниками благотворительного учреждения Сasa Pia в Португалии, следственными органами также выдвигалась версия о причастности обширной сети преступных организаций педофилов, в которую входят дипломаты, политики и иные известные люди.31

Таким образом, раннее сексуальное образование детей может быть выгодно педофильному преступному сообществу и потому, что помогает развращать детей, повышая уровень их виктимности, и потому, что навязываемая детям толерантность к нетрадиционным сексуальным отношениям способствует формированию у них извращённых потребностей, тем самым обеспечивая пополнение нового поколения педофилов. Это объясняется тем, что особенностью личности ребенка является то, что его легко убедить в нормальности самых извращенных влечений, и чем младше ребенок, тем легче это сделать. Навязывание новых сексуальных стандартов для детей и подростков — серьезная нравственная и криминологическая проблема.

В связи с этим весьма показательно распространение преступлений сексуального характера в отношении младенцев, которых одновременно используют для изготовления порнографической продукции. Так, например, осуждённый в Голландии педофил Роберт Микельсонс, прозванный «латышским монстром», обвинялся в сексуальном использовании 67 маленьких детей.32 Жертвами Микельсонса становились дети в возрасте до 2,5 года, самой младшей из его жертв было всего 19 дней. За все время преступник изготовил около 220 тысяч порнографических видеозаписей и фотографий с участием детей, которые пользовались большой популярностью и успешно продавались по всей Европе. Это доказывает существование рынка потребления такой продукции, обусловленного распространёнными извращенными сексуальными потребностями.

Следы организованной преступной деятельности педофилов были обнаружены в ходе расследования фактов продажи 18-месячных младенцев садистам-педофилам в Новой Зеландии. В ходе судебного процесса по этому делу, начавшегося 5 февраля 2013 года, следствие заявило, что была раскрыта «международная педофильная сеть», в которую входил и подсудимый33. Полиция Новой Зеландии направила 35 обращений в правоохранительные органы разных стран о причастности иностранцев к новозеландской преступной организации педофилов.

Для иностранного педофильного сообщества Россия представляет несомненный интерес, и её искусно вовлекают в сферу разврата. За период с 2009 по 2012 гг. число преступлений против нравственности возросло почти в 4 раза, основной прирост – в 46 раз - составили изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями  несовершеннолетних (ч.1 ст. 242.1 УК РФ). Объём преступности данного вида, сопряжённый с использованием порнографических изображений детей, не достигших 14 лет (ч.2 ст. 242.1 УК РФ), за четыре последних года увеличился в 22,5 раза.34

Число сайтов, содержащих материалы с детской порнографией, увеличилось почти на треть, а количество самих интернет-материалов — в 25 раз35. Значительное число сайтов, посвященных суицидам, доступно подросткам в любое время. И это еще больше актуализирует необходимость обеспечения духовной безопасности детей в российском обществе.

В Стратегии в качестве задач указывается «создание правовых механизмов блокирования информационных каналов проникновения через источники массовой информации в детско-подростковую среду элементов криминальной психологии, культа насилия, других откровенных антиобщественных тенденций и соответствующей им атрибутики»36. Однако мы живем в едином мире, и полностью изолировать себя от навязываемой лженравственности и распространяемого разврата, к сожалению, невозможно. Никому не удастся закрыть детям глаза и уши, лишить их общения и обмена информацией, спрятать их от жизни даже при самой современной системе «блокирования опасных информационных каналов», если у них не будет прочного духовного стержня, если мы не воспитаем в них духовной основы, что возможно только при условии создания общественно-государственной системы, обеспечивающей духовную безопасность личности.

Таким образом, особая забота общества и государства сегодня должна проявляться в сфере целенаправленного духовно-нравственного воспитания личности, начиная с самых ранних лет, одной из целей которого мы видим формирование высоких нравственных идеалов молодого поколения. И поскольку  духовное здоровье предопределяет здоровье нации и безопасность государства, обеспечение духовной безопасности детей необходимо рассматривать в качестве стратегической задачи Российского государства. 

Другие статьи номера

Другие статьи этого автора
Православный календарь