Поиск по архиву

Газета "Вестник" № 11 - 2016 г.

Быть, а не казаться-2

Экзистенциальная психотерапия не столько лечит, сколько учит дисциплине жизни. Это, скорее, философское исследование жизни человека, обучение дисциплине жизни. Изменения связывают прежде всего с расширением сознания клиента, с новым пониманием у него своей жизни. Экзистенциальные психологи описывают глубинные потребности человека, к которым они относят: потребность в любви, истине, красоте, радости, идеале, самоуважении, аутентичности. Быть аутентичным (подлинным) – это значит осуществить Замысел Бога о себе, своем призвании…»                        

«Человеческая жизнь причастна вечности и нетлению, поскольку вечна и нетленна Божественная жизнь в ее троичной взаимопроникновенности любви-общения. И мир, и человек тоже троичны… Любить – это дать возможность человеку раскрыться в полноте, только любовь может помочь человеку стать всем, чем он только может быть, каким его задумал Бог.

Понятно, что только в общении-любви человек достигает личностного совершенства… Обладание жизненными целями – смыслами – условие сохранения и духовного, и психического здоровья человека. Например, депрессия является симптомом экзистенциального кризиса, своеобразным предостережением – «дальше так обманывать себя опасно», последним шансом на обретение своего истинного «Я»…»

«Как правило, в период зрелости человек отвечает себе на вопросы: использовал ли я свой потенциал, дары-таланты, данные мне Богом на служение? Осуществил ли свое призвание, Замысел Бога обо мне? Построил ли отношения – Я-Ты (состоялась ли супружеская любовь?), был ли я собой?

И к началу старости: «Зачем я жил?», «Каков смысл моей жизни?»

Положительные ответы на эти и подобные вопросы характеризуют зрелую личность, благодатно и благополучно проживающую свою жизнь. Если же человек не ответил себе на эти экзистенциальные вопросы бытия или нашел негативные ответы, то в жизни его возникает много проблем и затруднений. Можно при этом говорить о неблагополучном протекании жизненного бытия».

«Экзистенциальная терапия стремится понять человека через призму его внутренних онтологических характеристик или универсальных экзистенциальных факторов: чувства бытия, свободы и ответственности, конечности человека, смерти; экзистенциальной тревоги, экзистенциальной вины, жизни во времени; смысла и бессмысленности. Проблемы, с которыми работают экзистенциальные психотерапевты, сигнализируют об искажении глубинных экзистенциальных радикалов: жизнь (при отсутствии смысла) и угроза смерти, помогающая преодолеть бессмысленное существование; радость бытия или страх; свобода без ответственности; любовь и одиночество и т.д.» – пишет Л. Ф. Шеховцова.

Обобщая, можно сказать, что в экзистенциальной психологии большее значение отводится осознанию зова Бытия, ответственности, выбору, решительности, мужеству Быть, заботе, открытости миру, поиску смысла, уникальности, адекватности, присутствию, совместности, целостности. Кстати, красота – основа целостности. Именно о красоте Божественной и человеческой недавно вышла книга «Одеяние души» Наталии Ининой, научного сотрудника факультета психологии МГУ, преподавателя РПУ. Московским священникам, проходящим курс повышения квалификации, она преподает «Основы психологической науки».

В этой своей книге (рекомендованной ИС РПЦ) православный психолог Инина также обращается к экзистенциальной психологии. Процитирую несколько таких экзистенциальных моментов:

«С небес и из глубины души мы слышим зов Творца, в котором жизнь, гармония, свобода, полнота. Реальность этого духовного мира столь же очевидна, сколь очевиден мир материальный, но цена, которую мы платим, чтобы стать зрячими, открытыми этому духовному измерению, велика – это возможность, а вовсе не предопределенность нашей жизни…»

«Духовная задача человека, как учат святые отцы Церкви, состоит в том, чтобы преобразовать самого себя, подняться над собственным грехом, победить вслед за Христом смерть в себе, выбрав Жизнь, и тем самым спасти весь мир, вернув его Творцу и Создателю. Однако между реальным человеком и такой грандиозной духовной задачей стоит целая жизнь, состоящая из бесконечных маленьких и больших выборов, поступков, преодолений. Образ пути можно сравнить с восхождением или падением. …финал несопоставим – в одном случае мы стоим на вершине, созерцая красоту и величие окружающего мира, в другом – падаем в пропасть, и если останемся живы, то увидим лишь мрачное и пустынное дно... на пути как вверх, так и вниз будет своя красота. В первом случае это – красота смысла, верность цели, стремление к идеалу, жажда совершенства, мужество поступка.

…Важно удерживать вектор движения, не терять из виду главную цель и смысл нашего земного путешествия. Чтобы не сбиться с пути, у нас есть некие навигаторы, внутренние критерии того, что мы на верном пути. Один из них – это наше восприятие красоты. И богословы, и философы, и психологи сходятся в том, что способность воспринимать красоту всегда связана с возможностью отстраниться от самого себя, точнее говоря – от собственного Эго…

Иными словами, человек должен удерживать в себе «небо», помня о «земле». Если это соподчинение, эта иерархия живет в душе, то пути к обретению собственной личности, внутренней целостности и гармонии не только открыты, но и возможны... главным инструментом этого преображения является сам человек – его личность, его нравственный выбор, его духовный ориентир.

Если нас влечет, притягивает нечто чистое и прекрасное и что-то в нас глубинно откликается на этот зов, если ради этого возвышенного идеала мы готовы забыть о себе, о своем комфорте и удобстве, – значит, наш вектор движения верен, поскольку он устремлен к истине, а не к удовлетворению собственного Эго. Если, напротив, нас завлекает и манит нечто великолепное, соблазнительное, но при этом мы заглушаем тот тихий голос души, что сопротивляется этому притяжению, и устремляемся на встречу, обещающую нам удовольствие, наслаждение и экстаз, – значит, мы на ложном пути, ведущем в обратную от истины сторону.

Выбирая этот путь, мы обречены до времени кружиться вокруг собственной оси, пытаясь удовлетворить ненасыщаемое Эго, поскольку насытить его невозможно. До времени, – поскольку, ставя материю во главу угла, мы не побеждаем смерть, а побеждаемся ею, исчезая в небытии, в котором нет ни жизни, ни радости, ни красоты. Этот экзистенциальный промах в огромной степени является причиной большинства духовных и психологических катастроф, обрушившихся на бедную голову человека и человечества в целом».

Чтобы лучше вникнуть в эту тему, мы попросили рассказать об основных понятиях экзистенциальной психологии кандидата психологических наук Вячеслава Летуновского.

– Что такое настоящая подлинная жизнь с позиции экзистенциальной психологии?

– Если обратиться к этому термину этимологически, то «на-стоящая» означает то, что с одной стороны стоит передо мной, как некий зов, вызов, а с другой – настаёт. Настоящее всегда отчасти в настоящем времени, а отчасти – в будущем как задача, которая меня зовет для осуществления. 

Аутентичная или подлинная жизнь в моем представлении – это когда ты слышишь зов Бытия, принимаешь его, и отвечаешь на него в полноте, всем своим существом. И здесь происходит рождение, раскрытие и осуществление того или иного феномена в твоей жизни во всей его сущностной полноте. Скажем, если я создаю семью, то любящую, дружную, на сто процентов осуществляя себя в ней как муж и отец (полностью вкладываясь в воспитание и развитие детей). Если я пишу книгу, то досконально раскрываю тему, которую взял, чтобы получилась хорошая книга. Если варю борщ, то это должен быть самый вкусный борщ, на какой я способен. Аутентичность – это когда ты всецело откликаешься на зов Бытия и реализуешь феномены своей жизни во всей полноте, согласно их сущности.

– Феномен – это то, как вещи (внутренние и внешние) появляются для нас, правильно?

– Феномен – это нечто, что проявляется в жизни, становится видимым, заметным, ощутимым. Бывает феномен дружбы, феномен любви, семьи, феномен любимого дела, если глобально говорить. Если локально, то в течение дня у нас возникают самые разные феномены: от потребностей в питании и сне до обыденных  задач: встать ночью к ребенку, погулять с собакой и т.д. Иными словами, это разнообразные проявления бытия.

– Правильно ли я понял, что термины: «настоящая» и «подлинная» имеют различные оттенки?

– Нет, это разные аспекты одного и того же явления. Настоящая – это то, что настает, что зовет меня откликнуться. И если я откликаюсь всем своим существом, вкладываясь полностью, то феномены, которые из этого получаются (например, созданная семья, написанная книга и проч.), выходят подлинные, в которых есть уникальность, без шаблонности.

– Что такое присутствие?

– Опять пойдем от этимологии слова «при-сутствие»: быть при сути происходящего. То есть я настроен на суть происходящего, я слышу то, что вокруг меня, вижу, чувствую, понимаю и отвечаю самым подходящим образом. Присутствие – это и есть слышание, видение, чувствование и отвечание самым адекватным образом на то, что происходит.

– А совместность?

– Это комплексное, широкое понятие, как и любовь – их очень трудно объяснить. Мы также попытаемся идти от этимологии слов: «со-в-местность», то есть это общее место, место для нескольких, не для одного человека – с одной стороны. С другой, когда получается совместность, то происходит рождение целостного единого организма. Семья – это целостный единый организм из нескольких ее членов. Так, каждый раз встречаясь с человеком, если мы «настроены на одну волну», то образуем с ним этот как бы единый организм. «Время жизни» этого совместного целостного организма может быть разное.

– Один современный философ дал такое определение «Любовь – осознанное чувство невозможности собственного существования без другого человека, без дела, без города и т.д.» Согласны с этим?

– Нет, я абсолютно не согласен, это эгоцентричное объяснение. То есть этот автор исходит из себя, что есть любовь для меня. А любовь скорее такой соединительный мостик между мной и другим человеком. Любовь связана с миссией. В этой же парадигме, в которой я живу, существую и передаю ее в своих курсах, книгах, любовь – это как раз способствование тому, чтоб другой человек, если я его люблю, осуществился в своей жизни совершенно и полностью. Если я люблю свою страну, то способствую осуществлению потенциала моей Родины, моего народа. Если я люблю свое дело, то стараюсь, чтобы дело раскрылось во всей полноте и достигло своего максимального расцвета. То есть для меня любовь – это понимание сути, сущности другого человека и способствование тому, чтобы эта сущность во всей полноте раскрылась.

– Что такое мир в вашем понимании?

– Мир – одно из самых широких понятий (шире может быть только Бытие), которые трудно объяснить. Русское слово «мир» очень комплексное, многообразное. И все значения этого русского слова для меня близки.

Мир как общность людей, как общность всех живых существ, всего живого и всего, что существует. В этом смысле понятие мира приближается к понятию Вселенной.

Мир как некое состояние гармонии между людьми – мне тоже это очень близко. Здесь мы видим два основных аспекта: с одной стороны, мир это то, что нас всех объединяет, в чем мы все присутствуем, а с другой – это некое гармоничное состояние тех, кто в этом мире присутствует.

Другие статьи номера

Другие статьи этого автора
Православный календарь