Поиск по архиву

Материалы X Образовательных Свято-Пафнутьевских чтений, посвященных Году молодежи

Перспективы системы дополнительного образования для духовно-нравственного воспитания детей в условиях малого города

При исследовании условий малого города, влияющих на духовно-нравственное воспитание детей, подростков и молодежи, открываются большие возможности использования его в деятельности учреждений дополнительного образования. Эти возможности определяются историко-культурологическими, географическими и педагогическими факторами, а также связаны с некоторыми противоречиями, которые, на наш взгляд, успешно преодолеваются, если придерживаться традиционного в русской педагогике подхода, включающего в себя религиозный аспект, основанный на духовных и нравственных ценностях православия.

Вначале обратимся к истории возникновения понятия «малый город». Так, ещё в XII веке скандинавы называли Русь «Гардарики» (страной городов), вследствие того, что малых городов в домонгольской Руси было около четырёхсот и они определяли лицо и культуру страны. В XIV веке, после эпохи вторжениий на Русь (с запада Литвы и Тевтонского ордена, а с востока Орды), — разорённые города не могли выполнять социокультурную функцию. Центрами распространения культуры становятся монастыри, вследствие чего, эту эпоху ещё называют эпохой «монастырской колонизации» (В.О. Ключевский), или эпохой преп. Сергия Радонежского, явившегося родоначальником и духовным вдохновителем этого феномена. Суть феномена состоит в том, что монахи, движимые духовным порывом и христианской аскетической традицией, удалялись в места, которые обошла земская и княжеская колонизация, и там строили монастыри, причём старые монастыри служили рассадниками новых. Всего с XIV до половины XV века на Руси было основано до ста восьмидесяти новых монашеских обителей. Монастыри основывались подвижниками-миссионерами, бывшими потомками русских, угро-финов, татар, греков, и других национальностей, проповедовавшими православную веру среди язычников-инородцев не только своим словом и верой, но и жизнью и своей любовью, которая и привлекала туземное население к ним. Около монастырей возникали поселения, чему способствовала и благотворительная деятельность: обители устраивали богадельни, больницы и гостиницы. Со временем вокруг монастырей колонизовались целые волости и города, например Сергиев Посад — около Свято-Троицкого монастыря преп. Сергия, Устюг возник около Гледенского монастыря, а Кириллов около монастыря Кирилла Белозерского, Боровск около Свято-Пафнутьева монастыря. Это способствовало более равномерному распределению населения по территории страны, расширяло области русских поселений. Следует добавить, что к монастырям население привлекала и просветительная деятельность: так приходя в монастырь, человек чувствовал себя в мире особой культуры. Кто хотел учиться, мог найти в монастыре и лучших учителей, и богатую библиотеку. Для духовной беседы, для утверждения в благочестии в обители шли и князья, и простые люди. Так рождалась особая благочестивая русская ментальность, вызванная не только устными наставлениями старцев, но и выходившими из монастырей учительными посланиями к разным лицам, которые передавались из рук в руки и распространялись во множестве списков.

В монастырях создавались летописи. Это особый вид искусства, в которых автор рассказывал об исторических событиях с точки зрения христианства. Временное в летописи давалось в аспекте Вечного. Летописец постоянно обращался к Богу с молитвой, с Ним он чувствовал постоянную связь, от Него ждал помощи в труде. Большую воспитательную роль играла также иконопись. Православное иконописное искусство, в отличие от западного, являясь «богословием в красках», представляет собой особый «вид самовыражения и самораскрытия Церкви; это духовное поле в физическом пространстве, где сходятся радиусы догматики, мистики, сотериологии и эстетики». В иконе догматические сюжеты мастер отражал не только посредством техники письма, но в первую очередь духовно - через молитву, через своё, основанное на святоотеческом опыте, видение окружающего мира. Поэтому русское средневековое иконописное искусство и стало важным средством духовного отражения своей эпохи — явлением не только чисто социокультурной жизни, но и религиозной. Благодаря этому многие поколения русских людей смогли обрести своего рода «камертон» для правильного духовного устроение души. Как пример можно привести икону Троицы преподобного Андрея Рублева, которая в Сущностном единстве Ипостасной разности Пресвятой Троицы выражает стремление русского народа, представленного людьми разных национальностей, социальных слоев и возрастных групп, к государственному и духовному единству. Осуществлению этого стремления способствовала также и социальная функция монастырей, выразившаяся в интеграции вокруг пустынной обители мирских поселений, жители которых вместе с иноческой братией образовывали единый церковный приход, становясь, таким образом, братьями и сестрами во Христе. Впоследствии монастырь исчезал, но церковь со своими прихожанами, впитавшими дух братского благочестия, оставалась. Так образовывалась городская община, которая занимала центральное место в социокультурной жизни малого города, а значит и в воспитании его подрастающего поколения в православной духовной традиции.

Одной из главных форм общинного воспитания была Братчина, которая своими корнями уходит в древний христианский обычай Агап - «Трапез Любви», которые устраивались в память о Тайной вечере, после богослужения (Иуд. 1, 12). Русская Братчина также сочеталась с храмовым, обетным или крупным годовым праздником. На юге России устраивались «свечные» Братчины, собиравшие в праздник меду и воску по десять пудов. Общинные трапезы в северных губерниях и в Сибири назывались по большей части канунами и посвящались Николаю-чудотворцу, вмч. Георгию, св. Илие-пророку и другим святым. Празднование канунов было установлено с давних времен по обетам, данным предками в бедственные для них времена и в память чрезвычайных случаев. Канун община организовывала обычно в летнее время. На устройство его с каждого двора собирали муку и деньги. Специально для этого выделенные лица варили общее пиво и готовили общий обед. В назначенный воскресный день приглашался причт с крестным ходом и молебном на полях и лугах общины. После молебна причт приглашали в избу, где был приготовлен «канун» — пиво, чай, обед.

В педагогическом аспекте следует отметить следующие положительные моменты общинной формы воспитания:

•       во-первых, дети в занимательной, игровой форме усваивали основные понятия и смыслы, содержащиеся в традиции православной Церкви, основанной на Священном Писании и Священном Предании; определяли свои роли в совместной со взрослыми деятельности, направленной на достижение общественно полезного результата;

•       во-вторых, к совместной общинной трапезе было принято приглашать бедняков, не участвовавших в сборе средств, и нищих; а в дома, явно запятнавшие себя серьезным проступком, братскую свечу не передавали, о них говорили: «С такими пива, или каши не сваришь», т.о., происходило духовно-нравственное воспитание ребёнка на фоне его социализации;

•       в-третьих, под воздействием миссионерской деятельности православной Церкви, основанием которой служили слова апостола Павла о том, что во Христе: «нет ни Эллина, ни Иудея» (Кол. 3, 11-15), формировалась русская педагогическая традиция. Она была подготовлена столетиями предшествующего развития православия и сыграла значительную роль в формировании единого русского государства, народа и человека. Более того, она сохранилась по существу, несмотря ни на что, и до сего дня в малых российских городах.

Таким образом, исторически сложилось так, что условия российского малого города создают большие возможности для духовно-нравственного воспитания. Однако, исследуя образовательный аспект этих условий, можно увидеть противоречие между такими феноменами как «ограниченность» и «бесконечность». Происходит оно из таких понятий как «город», «воспитание» и «человек». Рассмотрим соотношение этих понятий, чтобы конструктивно разрешить противоречие.

Понятие «город», исходя из определения В.И. Даля, представляет собой: «городьбу; ограду около жилья, населения». Другими словами – это место обитания человека, некоторым образом ограничивающее его от внешнего мира. «Воспитание» понимается как некое внешнее воздействие на человека. «Человек» в гуманистическом смысле понимается как «безграничное пространство». Таким образом, перед нами предстаёт явное противоречие: «ограниченность - бесконечность». Однако оно вовсе не является таковым, если эти понятия рассматривать, придерживаясь традиционного в русской педагогике подхода, включающего в себя религиозный аспект, основанный на духовных и нравственных ценностях православия.

В свете такого подхода понятие «воспитание» рассматривается как способ связи требований и правил жизни с законами Вечности (Я.А. Коменский), а человек представляется трёхчастным существом - состоящим из тела, души и духа (1 Фес. 5, 23), облечённым в конкретную личность. Личность человека при этом возвышается над любыми временными сочетаниями его природных характеристик.

Ценность личности в христианстве во многом соразмеряется совокупным духовным опытом всего человечества, основанном на традиционном понимании человека как образа Божия. Исходя из такого понимания личности человека и опираясь на основное духовное свойство Божие - любовь, (1 Ин. 4,8), являющуюся не только одним из Его качеств, но и главным откровением Бога о Себе - что Он есть Всеблагая, и Неизменная, Всесовершенная Личность, непрекращающиеся действия Которой, по отношению к человеку и миру, являются выражением абсолютной любви, можно утверждать следующее. Именно любовь является тем ограничением «безграничного личностного пространства человека», о котором блаженный Августин сказал: «люби Бога и делай, что хочешь». Это ограничение строится на духовной свободе человека, определённой, однако нравственным законом христианства — законом любви: «К свободе призваны вы, братья, пишет апостол Павел, только бы ваша свобода не была поводом к угождению плоти, но любовью служите друг другу» (Гал. 5,13). О процессе воспитания в духовной традиции свт. Григорий Назианзин говорит следующее: «Детовождение - всего более соблюдает свободу. Ибо тайна спасения - для желающих, а не для насильствуемых». Целью этого процесса является формирование совершенного человека, идеалом которого будет Сам Бог, к чему Он нас и призывает: «...будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5, 48). Содержанием является обретение воспитанником личностных качеств, присущих его Идеалу, о которых пишет апостол Павел: «это, во-первых, обретение любви, представляющей из себя «совокупность совершенства» (Кол. 3.14), и впоследствии достижения свойств, присущих любви. Любви, которая, по словам свт. Иоанна Златоуста: «... невмещающаяся в мире обитает в смиренном сердце»» в силу чего: «...долготерпит, милосердствует, ...не завидует, ... не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит» (1 Кор. 13, 4-7). В тоже время святитель Иоанн указывает, что для интериоризации этих качеств человек должен приложить немалые усилия: «Любовь же заключается не в пустых словах, — пишет он, — ...но в явлении дел». Таким образом, педагогический процесс обретает свойства обучающего воспитания, направленного не только на развитие ума, но и на развитие сердца как средоточия духовных чувств и доброй воли, выражающейся в деятельности, управляющей доминантой которой является никогда не перестающая Любовь, «хотя, по словам ап. Павла, и знание упразднится» (1 Кор. 13.8). Основными принципами осуществления данного процесса будут следующие:

•       Христоцентричность, поскольку подлинная личность открывается в личной встрече человека со Христом.

•       Экклезиоцентричность (оцерковление) — без оцерковления, без глубокого вхождения в литургическую жизнь не может быть настоящего духовного воспитания. Вне Церкви, вне Евхаристии непостижима полнота Божественной благодати.

•       Субъектность — принцип, определяющий развивающуюся личность ребенка субъектом воспитательного процесса, направленного на обретение воспитанником, сообразно с его природой, подлинной жизни в Боге и приложения для этого его сил и способностей, поддерживаемых и развиваемых его воспитателями.

На основе вышеизложенного, мы констатируем, что осуществляя духовно-нравственное воспитание на основе православно-ориентированного педагогического подхода, условия малого города не являются оградой для личностного развития воспитанника, а, наоборот, вследствие аккумулирующего эффекта способствуют возрастанию человека на традиционных ценностях, важнейшими из которых являются Любовь, Вера, Свобода, Красота.

Эффективность духовно-нравственного воспитания в малом городе обеспечивается непрерывностью, вариативностью, гибкостью и содержанием. Оно должно охватывать всё свободное время воспитанника. Еще важны в воспитании синергийность и открытость. В этом случае воспитатели (педагоги, родители, священник и др.) являются сотрудниками воспитанника, поддерживателями тех задатков и талантов, которые у него присутствуют и которые он может самостоятельно развивать. Процесс воспитания должен обязательно включать в себя традиционные духовно-нравственные ценности, в том числе и религиозные, способствующие становлению и развитию целостной личности человека, способного ответить на негативные вызовы современного мира.

Всем этим критериям, по нашему мнению, соответствует современная отечественная система дополнительного образования, особое положение которой в процессе духовно-нравственного воспитания в условиях малого города основано на следующем. Система дополнительного образования, укорененная в почти вековой отечественной воспитательной традиции, оказавшаяся наиболее устойчивой в период реформаторских процессов в российском обществе по отношению к системе образования, остается самостоятельной сферой в отечественном образовании, определяющей развитие личностных качеств воспитанника, соотносимых с его творчеством и способностями, проявляемыми в досуговое время. О необходимости использования особенностей дополнительного образования в процессе воспитания подрастающего поколения России, не один раз говорил президент нашей страны Д.А. Медведев. В 2009 г. в своём послании к Федеральному Собранию Российской Федерации он сказал, что в культурной жизни провинции сложилась довольно тяжёлая ситуация, но исправить её можно посредством деятельности учреждений дополнительного образования: «Начальное музыкальное, хореографическое образование, преподавание основ живописи и рисунка, театрального искусства должны быть доступны всем детям, в каких бы отдалённых уголках нашей страны они ни жили». Эта деятельность, как считает президент, важна потому, что «именно закреплённые в национальной культуре нравственные установки, модели поведения предопределяют успешное развитие личности и нации в целом». В этом смысле Калужская область обладает большим потенциалом и уже сложившимся позитивным опытом выстраивания системы дополнительного образования для духовно-нравственного воспитания детей в условиях малого города.

 

Сергей Иванович Абрамов,

преподаватель Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, директор воскресной школы Духовно-просветительского центра «Вера. Надежда. Любовь»

г. Обнинска

Другие статьи номера
Православный календарь