Часть 5. МОНАСТЫРЬ В ГОДЫ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ
(1917-1991 гг.) 

Сельскохозяйственная коммуна, закрытие монастыря

Декретом «О свободе совести, церковных и религиозных обществах» от 20 января 1918 г. всё имущество существовавших в России церковных и религиозных обществ объявлялось народным достоянием. А так как многие храмы являлись памятниками истории и архитектуры, храня большое количество художественных ценностей, решено было брать их на учет и под охрану. Пафнутьев Боровский монастырь был поставлен на учет под охрану 3 января 1919 г. Это позволило провести тщательное обследование строений, выявить памятники живописи, архитектуры и вынести решение о создании на территории монастыря музея наподобие Троице-Сергиевой Лавры. Объяснялось это тем, что такими коллекциями древних икон, шитья, облачений, утвари, рукописных книг XIV-XVII вв. могли гордиться не только русские, но и первоклассные европейские музеи. Всероссийской коллегией по делам музеев, ответственность по охране была возложена на епископа Алексия (Житецкого). А к концу 1920 г. на территории монастыря был создан Музей древнерусского искусства, основу которого составило большое количество церковных ценностей, представлявших художественное значение.

В этом же году при монастыре была организована Пафнутьевская сельскохозяйственная коммуна, в ведение которой перешли все бывшие владения монастыря. В ее составе находились как братия монастыря, так и местные жители.

К 1922 г. были созданы весьма благоприятные условия для нанесения «последнего удара» по Церкви, идея которого принадлежала Л.Б. Троцкому. Начавшийся в 1921 г. голод в Поволжье, создал для этого удобный повод. 2 января 1922 г. был опубликован декрет об изъятии музейного имущества, а 26 февраля – декрет об изъятии церковных ценностей. В монастыре с марта по апрель 1922 г. работала Комиссия по изъятию церковных ценностей в фонд помощи голодающим.

Ограбление монастыря не оставило равнодушным верующих жителей Боровского края, которые пытались препятствовать изъятию ценностей. Вот как об этом событии отозвалась одна из калужских газет того времени: «6 марта у ворот Пафнутьевского монастыря в Боровском уезде собралось большое количество верующих, среди которых были женщины и даже дети. Они не пропускали в монастырь представителей уисполкома и милиционеров, прибывших для изъятия монастырских ценностей. Накануне был пущен провокаторский слух, что начальство "приедет раздевать богов", поэтому собравшаяся толпа кричала: не дадим, костьми ляжем и т.п. Только на другой день прибывший из Калуги и Боровска отряд войск ГПУ частичными арестами установил порядок, и изъятие было произведено».

В связи с этими событиями 22 апреля 1922 г. председатель ВЦИК М.И. Калинин дал телеграмму в Боровский Уездный исполком о временном прекращении конфискации церковных предметов из Пафнутьева Боровского монастыря «до решения вопроса в центре». Но, тем не менее, 28 апреля явившаяся комиссия изъяла все предметы, «имеющие до золотника металла, из музея», - жаловался в Главмузей епископ Алексий.

При конфискации агентами комиссии были сняты с икон ризы XVII в., скульптурно-чеканные украшения раки преподобного Пафнутия, изготовленной в XVII в., «переломаны и набиты в хаотичном порядке в мешки».

Но уголовное дело было заведено не на агентов, а на епископа Алексия и на архимандрита Сергия. Первого обвинили в сокрытии фелони, которая в действительности находилась в музее за печатью Главмузея. В октябре Калужский ревтрибунал освободил еп. Алексия и о. Сергия как ни в чем не виновных, а некоторых граждан, связанных с этим делом, осудили условно.

1 июня 1922 г. президиум Калужского ГубИКа ходатайствовал перед ВЦИК о закрытии монастыря, его упразднении и превращении его в историко-художественный музей.

Не желая покидать стены монастыря хоть и закрытого, а, возможно надеясь на его будущее открытие, члены Пафнутьевской коммуны провели собрание, на котором постановили, что в случае передачи всех строений бывшего Пафнутьева монастыря в ведение Главмузея НКП, передать ему и все хозяйство коммуны, но с условием, позволявшим бывшим инокам и в дальнейшем трудиться на монастырских землях.

Таким образом, иноки, осознавая свое бессилие и безысходность происходившего, предпочли оказать содействие в передаче монастыря и всего хозяйства в ведение Музейного отдела НКП, надеясь, что он сможет защитить памятники и накопленные сокровища монастыря от произвола, царившего в стране.

Но, тем не менее, в июне 1922 г. Наркомат юстиции РСФСР дал согласие на закрытие Боровского монастыря и окончательное превращение его в музей.

Светские организации на территории монастыря.

18 июля 1924 г. часть хозяйства бывшей коммуны была передана Музейному отделу. Остальная часть 28 июля 1924 г. была передана общему отделу Малоярославецкого УИКа для детского дома, который вскоре должен был разместиться на территории монастыря.

В том же году музей был реорганизован в Государственный историко-художественный и краеведческий, к нему были присоединены коллекции музеев Рощинского общества изучения местного края и бывшего частного музея Н. П. Глухарёва.

В августе - сентябре 1924 г. в детский дом на территории монастыря прибыли дети из Малоярославецкого и Боровского детских домов, которые расположились в трехэтажном Настоятельском корпусе. Таким образом, между музеем и детским домом был заключен договор аренды, согласно которому детдом арендовал у музея здания и угодья монастыря сроком на 5 лет, с 1 августа 1924 г. по 1 января 1929 г. Детдомовцы причиняли большой урон зданиям монастыря, оскверняли цветники, надгробные памятники, били стекла.

В янв. 1929 г. детский дом был выведен с территории монастыря, а архимандричий корпус сдан на 3 года в аренду под пионерский лагерь Управлению московскими зрелищными предприятиями Московского отдела народного образования (МОНО). 12 сентября 1928 г. музей стал отделением Государственного Исторического Музея, а решениями от 22 июня и 5 сент. 1929 г. передан в ведение Калужского окружного музея и переведен на местный бюджет.

В 1930 г. музей был закрыт, помещения монастыря 6 мая 1930 г. переданы МОНО, экспонаты были свалены в кучу в придельном храме вмц. Ирины и на паперти трапезной, многие из них позднее погибли и, таким образом, музей прекратил свое существование.

В мае 1930 г. на территории бывшего монастыря разместилась детская колония — Индустриально-ремесленная школа, воспитанники и руководство которой нанесли серьезный урон монастырю: были повреждены здания, некрополь.

В 1933–1935 гг. был снесен храм во имя Всех святых, на месте которого построен учебный корпус школы, нарушивший стройность архитектурного облика монастыря.. В 1935 г. на территории бывшего монастыря разместился техникум аэрофотосъемки и картографии им. Калинина.

После начала Великой Отечественной войны осенью 1941 г. техникум был эвакуирован. Во время германской оккупации Боровска (октябрь 1941 — январь 1942) в в бывшем Пафнутьевом монастыре размещались армейские части. Хотя больших разрушений монастырского комплекса не случилось, но осквернение его было значительным. В центральном соборе и нижних этажах ряда зданий, где захватчики устроили конюшни, оказались выбитыми двери, рамы, перегородки, остались горы навоза.

После освобождения Боровска в январе 1942 г. на территории монастыря разместилась Школа комбайнеров. В 1945 г. она была реорганизована в школу инструкторов производственного обучения, на базе которой в 1953 г. создан Центральный институт усовершенствования и переподготовки кадров училищ механизации сельского хозяйства. В 1956 г. институт был переведен, а на территории монастыря создается Калужское областное училище механизации сельского хозяйства. В 1962 г. в бывший монастырь из Боровска переводится сельхозтехникум, который занимал комплекс монастыря вплоть до 1991 г.

На бывших землях подсобного хозяйства монастыря построены ряд учебных корпусов, нефтебаза, гаражи, мастерские.

В 1968 г. на общественных началах здесь создается историко-архитектурный музей, а с 1987 г. он становится государственным как филиал Калужского областного краеведческого музея.

Реставрация и научные работы.

Небрежное отношение к монастырским зданиям и недостаток средств для своевременного ремонта имели разрушающие последствия для монастырского комплекса. Еще в архивных документах XVIII века отмечалось наличии трещин в стенах и сводах собора Рождества Богородицы. Подобные повреждения наблюдались и в более древней Трапезной, а также в Братском корпусе. Фундамент собора, как и трапезной, стоял на дубовых сваях, забитых в землю, которые, находясь в сырой земле, не гниют, а, наоборот, еще более крепнут. Монастырские пруды и использовались для подпитки почвы под монастырскими зданиями. Но со временем река мелела, плотину прудов прорывало, пруды высыхали, что и привело к деформации фундаментов монастырских зданий.

Постепенное разрушение привело к тому, что в ночь на 14 мая 1954 г. в день памяти преподобного Пафнутия рухнул центральный купол собора. Состояние и всех остальных зданий принимало катастрофический характер: колокольня наклонилась, стены осыпались… Для решения вопроса, что делать с аварийным состоянием зданий и стен, из Москвы приехала специально назначенная комиссия. Несмотря на многочисленные мнения о невозможности предотвращения разрушений, решено было начать реставрационные работы.

С 1955 г. Всесоюзный производственный научно-реставрационный комбинат начал проводить на территории бывшего монастыря научно-исследовательские и проектные работы. В 1956 г. при реставрации трапезной был найден клад — более 100 предметов ризницы, спрятанный братией в 1919 г. В декабре 1960 г. создан Боровский реставрационный участок, начались реставрационно-восстановительные работы. С ноября 1965 г. на базе Боровского реставрационного участка создана Калужская специально-реставрационная производственная мастерская, которая продолжала работы до 1994 г. под научным руководством Центральных научно-реставрационных мастерских. С 1976 г. Боровским реставрационным участком руководила А. Л. Денисова. Большую работу по сохранению выявленных фрагментов живописи Дионисия провел художник-реставратор Л. С. Муравьёв-Моисеенко, также под его руководством отреставрирована живопись в храме свт. Митрофана. Мастерами участка были отреставрированы и восстановлены (к 1994) собор Рождества Пресвятой Богородицы, трапезная и колокольня, храм во имя свт. Митрофана, храм во имя Пророка Божия Илии, братские корпуса, башни и прясла стен, во всех храмах и зданиях восстановлена первоначальная форма окон, измененная в XIX в.

С 1960 г. 30 лет на территории монастыря производили реставрацию Калужские специальные научно-производственные мастерские. Проделана была немалая работа по восстановлению зданий и стен. Цель работ виделась не просто в восстановлении памятников, но и к приведению их к первоначальному состоянию. Так, в соборе Рождества Богородицы вместо куполов XVIII в. в стиле «провинциальное барокко» были восстановлены купола в древнерусском стиле, более сочетающимися с храмом XVI в. Кроме того, был укреплен фундамент собора, по причине гниения свай значительно поврежденный, восстановлены крепостные стены, местами полностью разрушенные. Проделаны и другие реставрационные работы, которые помогли сохранить монастырь.

В 1972 г. в крыше храма святителя Митрофана был найден неразорвавшийся снаряд, который был обезврежен.

Православный календарь