Поиск по архиву

Газета "Вестник" № 14 - 2016 г.

Рождественское чудо, или Будьте как дети

Началась эта удивительная история, наверно, с того, что в рабочий уральский город Сысерть Свердловской области  из другого небольшого города Нижний Ломов Пензенской области, в феврале 1960 года приехала молодая семья Владимира и Анастасии Ревнивцевых с маленькой, четырёхмесячной девочкой Валей. Девочкой этой была я. Мои родители  были молоды, но их не пугало то, что в доме, который был служебным жильём, практически ничего не было. Благодаря оптимизму и чудесным людям, которые оказались рядом либо по долгу службы, либо были просто соседями, потихонечку обрастали хозяйством. Это были Аверкиевы, Банных, Пивоваровы, Шевелёвы и Колясниковы. Спустя два года дом стараниями молодой  хозяйки стал уютным и гостеприимным, а в семье появился сыночек, названный в честь отца Володей.

Дружили взрослые, дружили и дети. Все праздники отмечались большой дружной компанией. Всегда на столе были уральские пельмени, которые лепили все вместе и, наверно, оттого они были такими вкусными. Но шло время, и постепенно семьи стали разъезжаться в разные стороны. Наша семья переехала в п. Щелкун Сысертского района, Банных уехали в Кабардино-Балкарию, Колясниковы – на Алтай. А в марте 1968 года  началось наше путешествие по Европейской части СССР. Связано это было с профессией моего отца. Он был связистом и внёс огромный вклад в то, что всё больше и больше населённых пунктов соединяла телефонная связь. Конечной точкой путешествия нашей семьи стал г. Наро-Фоминск Московской области.

Так случилось, что в силу обстоятельств я пришла работать в коллектив, которым руководил мой папа.  Правда, фамилия у меня уже была не Ревнивцева, а Сирота. По работе я взаимодействовала с коллегами из Щелкуна. И вот однажды, общаясь  с уральской коллегой по имени Наталья Котегова, я обмолвилась о том, что тоже когда-то жила в Щелкуне. И когда я озвучила свою девичью фамилию, Наталья со свойственным уральским говорком мне сказала: «Валь, да ты чё, я ведь Наталья Колясникова!» Я не поверила своим ушам. Это была моя подружка детства, рыжая Наташка, которая  старше меня на год, и с которой мы периодически повисали на заборах, зацепившись подолом  платья. Оказалось, что с Алтая они очень скоро вернулись и поселились в Щелкуне. 

Мы с Натальей стали периодически общаться и, само собой,  рассказывать друг другу о своих судьбах. И у нее, и у меня за плечами были грустные истории, связанные с первым браком. Но, Слава Богу, и у нее, и у меня жизнь в итоге сложилась. У нее  трое детей, у меня двое.  И как-то раз  Наталья мне сообщила, что у неё уже четверо детей. Когда она услышала моё многозначительное молчание, засмеялась и сказала, что они взяли в семью мальчика Андрея, трёх с половиной месяцев от роду, от которого отказалась мама. Я не задала ей вопрос – зачем, но в голове  у меня он, конечно, промелькнул, ведь ей было уже 49 лет. Учитывая, что на  момент появления  в семье Андрея младшей дочке и старшей внучке, которая тоже воспитывалась в семье Натальи, было по девять лет, Андрей стал общим любимцем.

По мере того, как подрастал мальчик, выявлялись и некоторые проблемы с его здоровьем, которые семья Котеговых преодолевала, хотя это не всегда было легко.  У старших детей были свои проблемы, которые тоже ложились на плечи Натальи и Виктора. В нашей семье за это время тоже происходили перемены. Повзрослели сыновья. Старший женился. И так случилось, что мы с мужем, Слава Богу,  стали понемногу воцерковляться. Я обрела, с Божией помощью, духовного отца. Им стал иеромонах Иоанн из Рождества Пресвятой Богородицы Свято-Пафнутьего Боровского монастыря, земляк Натальи.

Шло время и как-то в процессе очередного моего разговора с Натальей я рассказала, что мы с мужем были в монастыре на праздничной Рождественской Литургии. И тут выяснилось, что Наталья по мере возможности тоже бывает на богослужениях в храмах г. Сысерть, так как в Щелкуне церкви не было. И куда бы они ни ехали с семьёй,  обязательно посещают святые места, невзирая на то, что муж Натальи, Виктор, пока не крещёный. Маленького Андрюшку тоже брали во все поездки.  Кроме того, Наталья иногда ездила самостоятельно в паломнические поездки. А пять лет назад она решила съездить в Оптину Пустынь, предварительно позвонив мне. Путь оттуда лежал через Наро-Фоминск. И мы договорились о том, что Наталья заедет ко мне на денёк. Мы обе были очень рады этой встрече. А для моих мамы и теперь уже покойного папы это была встреча с молодостью и мостиком в неё была она, Наталья. Через день мы её проводили. И было такое ощущение, что в гостях у нас был очень родной нам человек. Мама подарила ей икону Живоначальной Троицы, которую вышила бисером своими руками. На протяжении последних пяти лет мы периодически созванивались. У каждой из нас были и радостные и горестные моменты. За это время не стало Натальиной мамы, брата Саши и моего папы. Изменения произошли в жизни наших детей. И, конечно, подрос Андрей.

Как я уже говорила, что от этого ребёнка отказалась мама, когда ему был день от роду. Но, Слава Богу, ребёнок попал в семью, где умеют любить, где знают цену деньгам, где понимают, что хлеб на дереве не растёт и чтобы что-то получить, нужно обязательно потрудиться. Он очень любит свою семью. Он однажды спросил Наталью: «Мама, ты же вот Федю родила, Юлю родила, Надю родила. Ну, а меня-то чего не родила? Жалко, что ли было?» Он очень добрый мальчик, совершенно не умеющий давать отпор. И был период, когда его очень обижали и сверстники, и ребята постарше. И как-то тяжело давалась учёба. И Наталья неожиданно для самой себя вдруг принимает решение ехать с Андреем в паломническую поездку: Троице-Сергиева Лавра – Смоленск – Москва.

Билеты на Москву из Смоленска были  у них куплены на семнадцатое декабря. Приехав в Москву утром восемнадцатого, они собирались погулять весь день по Москве, а в 23 часа 05 минут отправлялся их поезд на Екатеринбург. Но Наталье очень хотелось показать Андрею Москву, и, обязательно побывать в Храме Христа Спасителя и прогуляться по Патриаршему мосту.  Но одного дня для этого было, конечно, мало, да и тяжело это для девятилетнего ребёнка.  И, будучи в Смоленске, Наталья написала мне письмо с просьбой принять их у себя на пару дней. Она написала мне, что совсем не обидится, если я ей отвечу отказом. Я, конечно, ответила ей согласием и предложила ей поменять билеты из Смоленска с семнадцатого на пятнадцатое. Получив моё письмо, они помчались менять билеты.

Приехав в Москву, они погуляли по Кремлю, а потом мы встретились на Киевском вокзале и поехали на электричке к нам, в Наро-Фоминск. Встреча моя с Андреем была такой, как будто он меня давным-давно знает. Это ощущение было совсем не оттого, как это часто бывает, что ребёнок вёл себя развязано. Вёл-то он себя как раз очень воспитанно. Просто он сразу проникся ко мне каким-то доверием, а я к нему полной симпатией. Он что-то рассказывал мне по дороге, о чём-то спрашивал.  Ну и само собой разумеется, что у нас  с Натальей тоже было о чём поговорить. Но, в основном, рассказывала она. И вот, что я узнала за эти полтора часа, которые мы были в пути.

Что подвигло Наталью вот так собраться и поехать в эту поездку и взять в неё Андрея,  Наталья объяснить не могла. Возможно то, что преподобный Сергий помогает в учении или то, что Андрей дома постоянно играет в батюшку и постоянно рисует храмы. Я спросила: «А что значит – играет в батюшку?» Оказалось, что он из подручных материалов, пластмассовых яиц из-под киндер-сюрпризов сооружает кадило, покрывало превращается в фелонь и, войдя в образ, он ходит по дому, изображая каждение. Мало того, что он играет, он твёрдо убеждён в том, что он будет батюшкой. А перед выездом из дома он сказал: «Мама, а знаешь, чего я больше всего хочу – увидеть нашего Патриарха». И во время их посещения Троице-Сергиевой Лавры, и особенно во время их экскурсии по Кремлю, он всё время ожидал встретить Патриарха. А его неоднократно заданный маме вопрос: «Ну, где же Патриарх?» — даже вызвал раздражение у неё. И, когда в очередной раз он задал этот вопрос, она  даже с раздражением ему ответила: « Ну, ты чё, Андрей. Патриарх-то что ли вот так просто по улице ходит или в метро ездит?» Но он был невозмутим и парировал ей: «Мама, ты не понимаешь, это же Кремль!»

Пока мы ехали в электричке, я позвонила моей маме и сказала, в котором часу мы будем дома. Она ждала их с нетерпением. Ей очень хотелось увидеться с Натальей и, конечно, познакомиться с Андреем. И опять это была встреча родных людей. Для моей мамы это была очередная встреча с той жизнью, когда ещё были живы и Натальины родители, и мой папа. Знакомство с Андреем было тоже очень трогательным и тёплым. Расположил Андрей к себе и моего мужа Александра, и моего младшего сына Антона, и сноху Алёну. А внучка Лиза, которой на момент их знакомства с Андреем было 2 года 8 месяцев, то смотрела на него, затаив дыхание, то гладила его по спине, то приносила ему подушку, когда он, играя с котом, прилёг на ковре. В то время, когда мы, взрослые, общались, Андрей рисовал. Тема оставалась неизменной – храмы и всё, что с ними связано: строительство, доставка камней на строительство, и почему-то из Индии.

 

Продолжение следует.

Валентина Сирота,

г. Наро-Фоминск

Другие статьи номера
Православный календарь