• Храмы
• Жилые и хозяйственные строения
• Стены и башни
• Разрушенные храмы и строения

Храмы

СОБОР РОЖДЕСТВА БОГОРОДИЦЫ

Собор Рождества Богородицы — центральное сооружение монастыря. В 1444 году здесь была построена первая деревянная церковь, освященная в честь Рождества Пресвятой Богородицы. В 

1460-х годах вместо нее строится богатый белокаменный собор. Освящен он в 1467 году и расписан был иконописцами Митрофаном и Дионисием. Собор был столь великолепен, что ему дивились даже русские самодержцы.

Просуществовал он чуть более ста лет. Между

1584-м и 1586 годами по повелению и на средства царя Федора Ивановича вместо старого белокаменного строится новый кирпичный храм. Освящен он был в 1589 году также в честь Рождества Пресвятой Богородицы.

Собор пятикупольный, четырехстолпный. Шлемовидное оформление куполов придало ему суровость, воинственность и грандиозность. Алтарь от центральной части собора сначала отгораживала кирпичная стена, а затем был установлен иконостас. В южной стороне алтаря за кирпичной стеной устроен придел в честь Федора Стратилата, а к северной наружной стене примыкает как самостоятельная церковь — придел Великомученицы Ирины. Эти имена взяты не случайно, приделы назывались именами Небесных покровителей — царя Федора и царицы Ирины, сестры Бориса Годунова. Кресты на соборе венчаются царскими коронами, что сделано также не случайно — собор строился под покровительством царя. Царь Федор Иванович дважды приезжал сюда на богомолье в 

1592-м и 1595 годах.

Отдельные черты сходства сближают храм Пресвятой Богородицы с Успенским, Архангельским и Благовещенским соборами Московского кремля, и особенно с церковью Преображения в Больших Вяземах. Напоминает он также собор Владычного монастыря в Серпухове и церковь в Хорошове (характерных для годуновского времени). 

За 400 лет своего существования собор много раз подвергался переделкам. В середине XVII века с южной, западной и северной сторон была построена паперть. Несколько позже растесаны окна, изменена их форма. В XVIII веке надстроены главы — вместо шлемовидных окончаний были поставлены восьмерички, чтобы приблизить собор по высоте к появившейся в конце XVII века новой высокой колокольне. В целяx увеличения площади собора в 1837 году к задней стене на место бывшей ветхой паперти пристраивается кирпичная трапезная, сохранившаяся до наших дней. В 1997 году в этой трапезной части устраивается придел в честь прп. Пафнутия. 

Есть ещё два входа в собор — с южной и с северной стороны. Декоративно оформленные порталы их выложены из искусно обработанных брусков белого камня. Белый камень использован на фундамент, цоколь и порталы, и лишь в некоторых местах белокаменные бруски встречаются в стенах, которые выложены из толстого тяжеловесного обожженного кирпича. 

В прошлом на стенах собора снаружи в отдельных местах была роспись, но к середине XIX века она сохранилась только над южным и северным порталами. В «Историческом описании Боровского Пафнутьева монастыря» говорится: «Ныне от той прежней живописи остаются только изображения над южными и северными дверями, под железными зонтами, и именно, над южными дверями написаны святители Пётр и Алексий Митрополиты Московские; выше их образ Рождества Пресвятой Богородицы, а по сторонам св. Антоний и Феодосий Печерский; над северными — образ преподобного Пафнутия. Но и сии изображения в недавнее время поновлены красками». 

Своды центрального купола собора и четырех боковых поддерживаются четырьмя столбами, два из которых находятся в середине церкви, а два в алтарной части за иконостасом. Подпружные арки среднего купола подняты выше окружающих их сводов. Алтарь первоначально отделялся от храма каменной стеной, но позже эта стена была разобрана для большего простора в алтаре и сделан высокий пятиярусный иконостас. 

В северной стене почти от самого западного внутреннего угла собора имеется дверной проем. Отсюда начинается ход в тайник, что под крышей. Лестница устроена в толще стены. Поднимаясь вверх и делая несколько оборотов, она затем продолжается в восточной стене и выходит на средний алтарный свод. Здесь устроено небольшое помещение для хранения казны или других ценностей. Такое устройство лестницы не так уж часто можно встретить в сохранившихся храмах.

В «Житии преп. Пафнутия Боровского также содержится известие о том, что прославленный русский живописец Дионисий расписывал белокаменный храм Рождества Пресвятой Богородицы в обители преподобного Пафнутия. Точных сведений о времени выполнения этих работ не сохранилось. На основе даты освящения собора — 26 октября 1467 года — можно предположить, что роспись была выполнена не ранее 1467 и не позднее 1477 года (год смерти преп. Пафнутия).

Храм Рождества Богородицы сохранился до наших дней, претерпев за три с половиной века множество испытаний. В 

1920-годы на территории монастыря разместились ремонтно-строительные мастерские, а собор превратился в ангар хозяйственного потребления. Хотя монастырь был зарегистрирован как памятник ансамблевой архитектуры ХV-ХIХ веков, уникальные постройки находились в аварийном состоянии. Не был исключением и храм Рождества Богородицы: сквозные трещины, зияющие на его стенах, свидетельствовали о серьезных процессах разрушения. В 1954 году в мае ночью со страшным гулом, подобным взрыву, рухнул центральный барабан собора, раздавив находившиеся там два учебных зерновых комбайна (в монастыре тогда было сельскохозяйственное учебное заведение).

Подобная работа по укреплению фундамента проделана и под трапезной и под колокольней. Траншеи под стены рылись с большой осторожностью одна за другой в разных местах, а не подряд, чтобы не ослабить конструкцию зданий. Когда таким образом были укреплены фундаменты, начались другие реставрационные работы. В соборе заделаны трещины в стенах и сводах, заново сложен центральный барабан с главой, укреплен, а местами переложен, цоколь, выполнен целый ряд других работ. При этом реставраторы вернули храму первоначальный вид: вместо увеличивающих его высоту восьмериков, были восстановлены шлемовидные верха, как центральной главы, так и всех боковых. Изменена форма кровли, открыты и восстановлены украшения барабанов. 

Фрагменты показывают, что росписи Рождественского собора

Пафнутьева-Боровского монастыря принадлежат художественной традиции второй половины ХV века. Эта живопись, камерная по характеру, отличается от монументального стиля Ферапонтова монастыря. Все названные памятники обладают общими чертами: композиции небольшие, почти иконных размеров, рисунок, разделки одежд и орнаменты очень подробны и тщательны, техника живописи близка к станковой.

После того, как был разобран белокаменный собор и уничтожены его росписи, казалось бы, они навсегда были преданы забвению, как это неоднократно происходило с произведениями древнерусской монументальной живописи. Но личность Дионисия была настолько известна в Древней Руси, живопись его настолько знаменита, что память о пребывании в монастыре и работе великого художника была жива: из поколения в поколение читалось житие Пафнутия Боровского и в нем история росписи собора и имя её автора.

Соборная церковь, как говорится в «Историческом описании Боровского Пафнутьева монастыря», внутри вся расписана иконным письмом византийского стиля. Под стенным письмом поверх цоколя на трех стенах и сейчас ещё проглядывается надпись: «Лета 7152 (1644) Соборная церковь Рождества Пресвятой Богородицы подписана на стенах иконным письмом при державе Благоверного и крестолюбивого Государя Царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Руси и при его благоверной и крестолюбивой Царице и Великой княгине Евдокее Лукиановне и при его благоверных чадах при благоверном царевиче Князе Алексие Михайловиче и при благоверной царевне Княжне Анне Михайловне и при святейшем

Кир-Иосифе Патриархе Московском и всея Руси и при игумене Иосифе и при келаре старце Пафнутие (Еропкине) с братиею».

Позже фресковая роспись дважды была записана маслом, только в приделе Федора Стратилата сохранились некоторые сюжеты незаписанными. Когда в 1644 году, художники расписывали новый собор, они поместили в нем изображение Дионисия.

Нижние части северной и южной стен церкви Рождества Богородицы занимает цикл жития преп. Пафнутия Боровского, восходящий к Вассиановской редакции. На стене, к западу от портала, помещена сцена, изображающая преподобного Пафнутия, благословляющего Дионисия на роспись собора. За монастырской стеной, на фоне одноглавого храма, слева стоит преподобный Пафнутий, а за ним монастырская братия. Перед игуменом склонился человек в зеленой одежде. Левая рука его обращена к святому Пафнутию в жесте моления, правая прижата к груди. Человек этот — средовек (человек средних лет ) с вьющимися волосами и недлинной бородой — художник Дионисий. Фигура Дионисия помещена практически в центре композиции. За ним, нежно обнимая его, стоит юноша в голубой одежде,

по-видимому, старший сын и ученик Дионисия — Владимир. Возможно, за плечами Владимира мы видим изображение второго сына Дионисия, известного художника ХVI века — Феодосия. За ними — иконописная дружина — «ученицы и пособницы».

В верхней части композиции на розовой разгранке коричневатой краской написан текст, комментирующий происходящее: «Старец же рече ему, Дионисие, Бог да благословит тя, начни доброе дело» («Старец же сказал ему: «Дионисий, Бог да благословит тебя, начни доброе дело» »).

Собор Рождества Богородицы

В 1954 году, в мае, ночью со страшным гулом, подобным взрыву, рухнул центральный барабан собора, раздавив находившиеся там два учебных зерновых комбайна (в монастыре тогда было сельскохозяйственное учебное заведение). В архивных документах ещё в XVIII веке (1751, 1768, 1773, 1781 гг.) отмечалось наличие трещин в стенах и сводах собора. Трещины эти со временем увеличивались, расширялись. Хотя их и заделывали при выполнении ремонтных работ, но причину, их вызывающую, не устраняли. Подобные разрушения наблюдались и в более древнем здании — трапезной. В «Историческом описании Боровского Пафнутьева монастыря» отмечается: «Западная сторона застроена большими контрфорсами (наклонный выступ, поддерживающий стену здания), поелику (поскольку) все церковное с трапезной здание на все четыре стороны дало трещины…» Принимаемые меры при ремонтах не приостанавливали этого разрушительного процесса. Даже мощные контрфорсы не спасали положения. Трещины продолжали расти. Наблюдался наклон колокольни, появились трещины на сводах паперти.

ПРИДЕЛ В ЧЕСТЬ ВЕЛИКОМУЧЕНИЦЫ ИРИНЫ

Величественный, богатырский, в то же время несколько суровый вид собора, если смотреть на него с галереи восточной стены, смягчается ажурным оформлением Ирининской церкви. Некоторые авторы описаний собора отмечали, что церковь Ирины построена позже его,

т.е. в 1651 году, но при ведении реставрационных работ в 1960–1965 годах архитекторы убедились в одновременности обеих построек. Над северным входом в собор возле Ирининского придела в 1991–92 годах художниками-реставраторами раскрыт более ранний сюжет — изображение царя Федора Ивановича и царицы Ирины. В настоящее время здесь лишь чуть проглядываются следы этих изображений.

С левой стороны входа в церковь Ирины в стену вделана белокаменная плита, обрамленная красным кирпичом, со следующей надписью: «Лета 1599 апреля 27 дня преставился раб Божий Великого государя царя и Великого князя Феодора Ивановича всея России дядька окольничий Лупп, зовомый Андрей Петрович Клешнин, во иноцех Левкий схимник». Хорошо известна трагическая история, связанная со смертью в Угличе царевича Дмитрия. До сих пор ведутся споры о причастности Бориса Годунова к убийству царевича. Лупп Клешнин был приближенным царя Федора Ивановича. Именно он вместе с Василием Шуйским был послан Борисом Годуновым в Углич для следствия по делу смерти царевича. В своей «Истории государства Российского» Н.М. Карамзин писал, что Клешнин, как сообщник Годунова, терзаемый совестью, приблизительно в 1591–92 гг. удалился в монастырь и принял схиму. В монастырских документах упоминается о вкладах Клешнина. Остается неизвестным, как попала сюда эта плита с места захоронения схимника Левкия. 

1651—1652 гг. Игумен Иосиф. Строительство церкви во имя святой великомученицы Ирины.

После того как настоятель Симеон был переведен на сию должность, вновь вернулся игумен Иосиф. Сразу же началось строительство Церкви во имя Святой Великомученицы Ирины. 

Придел в честь великомученицы Ирины.
Фотография конца XIX века.

Церковь холодная, одноэтажная, квадратная, пристроена с северной стороны к Соборной церкви Рождества Пресвятой Богородицы, и одинаковой с нею архитектуры. Алтарь при ней устроен полукружием в одной связи с полукружиями Алтаря Соборной церкви. Крыша на церкви и на главе листового железа, с подзором прорезного железа. Крест на главе деревянный восьмиконечный, обитый медью. Высота церкви 32 аршина. Вход в церковь с западной стороны. Внутри храма в иконостасе над северной дверью имеется надпись следующего содержания: «Сия придельная церковь освятися (была освящена) во имя Святыя Великомученицы Ирины при благополучной державе благочестивейшего Государя Царя и Великаго Князя Алексея Михайловича всея России Самодержца, и при Святейшем Патриархе Иосифе в лето от сотворения мира 7159, а от Рождества Христова 1651 месяца апреля в 11 день тщанием Благоверныя Государыни Царевны и Великия Княжны Ирины Михайловны. Возобновлена ж иконами и иконостасом в 1773 году месяца июля сея обители при архимандрите Сильвестре Буявинском». Алтарь отделяется от храма настоящего одним иконостасом. Престол в алтаре устроен из кирпича — стенки его в один кирпич толщиною, с отверстиями со всех четырех сторон, внутрь его пусто; на верху престола доска деревянная. В вышину имеет 1 арш. 7 вершк.; в ширину 1 арш. 2 вершка. Жертвенник помещен во впадине под окном. В стенах четыре углубления: два на северной стороне, третий на горнем месте; большое четвертое с южной стены. Ниже сего углубления от иконостаса до горнего места каменная лавка, обшитая деревом для сидения священнослужителей. Иконостас прямой, деревянный, без украшений, покрытый красками, состоит из двух ярусов. Царские двери из двух створов, гладкие. Иконы в иконостасе и царских дверях греческого письма без окладов, все были поновляемы. В нижнем ярусе местные иконы в узких рамках позлащенных, а в верхнем ярусе без рам и колонок. Над иконостасом на доске, вырезанной полукружием, написано красками распятие Иисуса Христа предстоящими; по сторонам его образа два Ангела стоят на иконостасе вырезанные из доски и написанные красками. Стены внутри храма гладкие без украшений, с голосниками вверху. Пол в алтаре и храме кирпичный, настланный в пласт. Церковь сия внутрь очень тесна. 

ТРАПЕЗНАЯ ПАЛАТА И ЦЕРКВИ РОЖДЕСТВА ХРИСТОВА И ПРП. ОНУФРИЯ

Здание это очень сложное в плане. Здесь слились воедино колокольня, трапезная, теплая церковь Рождества Христова и церковь прп. Онуфрия, в которой после разорения 1812 года расположились келарские покои, а затем ризница.

Наиболее древняя часть — трапезная с церковью. Время их сооружения — 1511 год. Внешне они выглядят как массивное, суровое, без

каких-либо излишеств и украшений, двухэтажное здание. Единственным декоративным обрамлением гладких стен служат два узорчатых пояска, выложенных из кирпича — один ниже окон — разделяет здание на два этажа, второй — завершает верх стены. Маленькие окошки, выходящие из глубины толстых стен, не имеют даже простых наличников.

Трапезная палата и церкви Рождества Христова и преп. Онуфрия.

Помещение самой трапезной, площадью около 260 квадратных метров, находится на втором этаже. Сводчатый потолок опирается на один центральный, выложенный из кирпича, столп. Поэтому и называют палату одностолпной.

Трапезная напоминает Грановитую палату Московского кремля. Да и построена она всего на 19 лет позже кремлевской. Не так уж много осталось в России древних зданий подобного рода, причем хорошо сохранившихся, без особых конструктивных изменений. С восточной стороны к трапезной примыкают два помещения, выполненные в одном объеме с трапезной. Это церковь Рождества Христова и келарские покои. 

В 1776 году вместо келарских покоев устраивается второй престол во имя преподобного Онуфрия, а после пожара и разорения в 1812 году здесь расположилась монастырская ризница в которой хранили некоторую часть дорогих церковных облачений, вышитых золотом и серебром, с дорогими камнями, которые были пожертвованы царями и князьями того времени. На фотографии этого здания, сделанной перед началом реставрационных работ, видны две небольшие главы с крестами — одна над церковью Рождества Христова, другая — над церковью Онуфрия. 

Трапезная.

В нижнем этаже в прежние времена размещалась братская хлебня, поварня и кладовые. Над северным входом в подклете трапезной сохранилась фресковая живопись XVI века — Спас Нерукотворный.

С северной и южной сторон к трапезной примыкают паперти. Северная паперть вошла в массив позже построенной колокольни. Ведет в трапезную с северной стороны широкая кирпичная лестница с высокими, непривычными для нас, ступеньками. Здесь на сводах, стенах и столбах сохранилась фресковая живопись XVII века, возобновленная в 1782 году. Живопись сильно пострадала от пожара в 1812 году, после чего не возобновлялась, а только забеливалась.

Художники-реставраторы в 1970–1975 годах провели исследование сохранности росписи и пришли к выводу, что она представляет большой интерес и подлежит реставрации. Нижняя часть стен расписана орнаментом, над нею изображены почти в натуральную величину фигуры святых, а выше по своду изображены поясные фигуры в кругах, перевитых виноградными лозами. С паперти идет лестница, ведущая в бывшую монастырскую библиотеку и ризницу, и наверх колокольни.

Большой интерес представляет само помещение трапезной. Это большой зал со сводчатым потолком, опирающимся на стены и один квадратный центральный столп. В толще стен, с откосами по боковым сторонам и вверху, размещены небольшие окна. Откосы на окнах устроены и снаружи. Все это способствует хорошей естественной освещенности помещения. Если в настоящее время при строительстве жилых и бытовых помещений отношение световой площади окон к площади пола берется как 1:3 — 1:6, то здесь это соотношение составляет 1:50! А в помещении достаточно светло. Здесь хорошо используется отраженный свет. Небольшая световая площадь окон делалась и из других соображений — уменьшить теплоотдачу помещения. 

Трапезная палата и церкви
Рождества Христова и преп. Онуфрия. Летом.

Есть ещё одна особенность этого здания. Ни в трапезной, ни в церкви и келарской отопительных печей в прошлом не делалось. Тепло с первого этажа, где были хлебня и поварня, по каналам в стенах прогревало верхние помещения. Очевидно, поэтому церковь при трапезной называлась теплая, функционировала и зимой.

Как известно, Успенский собор Московского Кремля не имел отопительных печей. По трубам, установленным в подземных каналах, подавался сюда теплый воздух из других зданий. Подобный вид отопления ныне называют калориферным.

Полы трапезной были выложены плиточным кирпичом и ниже, чем сейчас, на 40–50 см. Это придавало трапезной объемность и в то же время — легкость.

Объем её был больше теперешнего почти на 150 м³. 

Настенной росписи в трапезной и в церкви сейчас нет, но в «Историческом описании Боровского Пафнутьева монастыря», сообщается, что «… при настоятеле архимандрите Сильвестре Буявинском (1772–1779) устроен был в теплой Рождества Христова церкви второй престол во имя преподобного Онуфрия. Стенная живопись в той же Рождественской церкви и в алтаре возобновлена по старому чертежу, в большой трапезе при сей церкви вновь расписаны восемь штук фресковою работою. Также и в паперти под колокольней живопись по старому чертежу возобновлена, которая и поныне существует, а в самой церкви и трапезе после 1812 г. живопись та и престол преподобного Онуфрия уничтожен». 

Сейчас на месте церкви преподобного Онуфрия находится

иконно-книжная лавка, а на месте церкви Рождества Христова — складское помещение. На месте хлебни и поварни первого этажа сейчас также складские помещения.

КОЛОКОЛЬНЯ С ТРАПЕЗНОЙ

Колокольня представляет собой самостоятельное здание, пристроенное к северной стене трапезной. После сооружения трапезной, здесь в первой половине XVI века была построена звонница. Но в конце XVII века на её месте, с сохранением некоторых элементов основания, возводится красивейшая колокольня, сохранившаяся до наших дней. В книге монастырских вкладов сделана такая запись: «В обители чудотворца Пафнутия строена каменная колокольня из монастырского кирпича и извести, а каменщики строили наемные, а наем платил боярин князь Константин Осипович Щербатов своими деньгами». 

Колокольня пятиярусная, с «восьмериком на четверике». В нижнем ярусе имеется широкая лестница, ведущая в теплую церковь, трапезную и паперть (или лоджию, как её называет М.В. Фехнер в книге

«Калуга-Боровск»). Во втором ярусе размещалась ризница, библиотека. В третьем, также квадратном ярусе, были установлены часы боевые с особыми при них колоколами для перечасья. Механизм часов, размером около 1,5×1,5 м находится сейчас в музее в Коломенском, там же имеется один из сохранившихся колоколов с этой колокольни. Часы были по типу современных ходиков, две тяжелые гири опускались в шахту, идущую сквозь все три нижних яруса. Циферблат часов сохранился на месте.

Верхние два яруса предназначались для звона, причем колокола размещались в нижнем восьмигранном ярусе, где слухи, иначе голосники (предназначенные для усиления звука глиняные полые сосуды, вмурованные в своды и стены отверстиями внутрь помещения) были больших размеров, чем в верхнем, также восьмигранном. Такая форма колокольни, называемая «восьмерик на четверике», характерна для середины и конца XVII века. Как указывалось в подрядной записи, верх её сделан по образцу колокольни

Высоко-Петровского монастыря, что в Москве. Но мастера каменных дел не стали повторять ранее созданного. Они развернули восьмерик так, что против плоскости четверика оказалась не плоскость, а ребро восьмерика.

В 1775 году при выполнении ремонтных работ верх колокольни переделан. Свод и фонарь (обычное круглое или многогранное сооружение с большими оконными проемами, венчающее купол или другое покрытие и служащее для их освещения) устроены по типу церкви Митрофана, которая примыкает к настоятельскому корпусу. Очевидно, в это же время были закрыты арки первого и третьего этажей. Высота колокольни от подошвы до макушки креста составляет около 55 метров. 

В XVII веке в русской архитектуре, как в церковной, так и светской, наметилась и развилась тенденция к богатому украшению строений, как извне, так и изнутри. Фресковая живопись в ряде случаев стала записываться более яркими масляными красками. Вот и эта колокольня выглядит очень празднично. Углы оформлены полуколоннами, в трех поясах восьмерика и в среднем ярусе четверика в углублениях установлены изразцы, как их называли раньше — кафли муравленые разноцветные, с барельефными изображениями на них серафимов и разных плодов. Это творение белорусского мастера Степана Иванова, прозванного за его мастерство Степаном Полубесом. Его же изразцами украшены

Ново-Иерусалимский и Иосифо-Волоколамский монастыри.

Асимметрично расположенные большие, средние и малые окна с дугообразными перемычками, обрамлены красивыми кирпичными наличниками. Каждое окошко имеет свое определенное практическое назначение — освещать лестничный ход на колокольню, паперть, ризницу, подсобные помещения.

Крест железный гладкий, четвероконечный с сиянием, с полулунием в подножии, укреплен в яблоко, с растяжками от боковых концов до главы.

В описи 1859 года указывается на наличие здесь девяти колоколов. На большом колоколе шла отлитая надпись: «1826 года Генваря 16 дня слит сей колокол Калужской губернии в город Боровск в первоклассный Пафнутия Боровского монастырь тщанием оного Священно Архимандрита и Кавалера Венедикта с Братиею, с усердием Его Сиятельства Николая Алексеевича Князя Волконского в Москве на заводе Николая Самгина, весу в нем триста пятнадцать пудов двадцать семь фунтов, мастер Аким Воробьев». Ещё один большой колокол имел вес 62 пуда, отлит мастером Михаилом Астраханцевым. Вседневный колокол имел вес 98 пудов, вылит он в 1785 году Никифором Калининым в Москве. Вестовой колокол отлит был в 1685 году и имел вес 30 пудов. Один из небольших колоколов имел надпись, указывающую на дату изготовления — «6996 (1488) года, месяца октября 10 дня. А делал его Федька Пушечник». Сохранился до наших дней один колокол, который сейчас является экспонатом Коломенского музея. 

В 1932 г. по распоряжению товарища Баранова с колокольни сбрасывают колокола, среди которых и колокол, отлитый через 11 лет после смерти прп. Пафнутия. И только в 1992 году

Русско-Американская компания «ЛТД Коди» подарила монастырю 16 новых, отлитых в Москве колоколов. На самом большом колоколе, весом 750 кг читаем слова:

«Колокол отлит благотворением Поскотинова Владимира Кондратьевича и семьи Джерри Радный — Черри, Коди, Линн Джерри для Рождества Богородицы Пафнутьевой Боровской обители». «По благословению архиепископа Калужского и Боровского Климента». 

Так вновь возобновляется колокольный звон в Боровской обители.

Реставрация трапезной и колокольни началась также только после укрепления фундаментов. При этом поставленные 100 лет назад контрфорсы к западной стене трапезной, были реставраторами за ненадобностью разобраны.

ЦЕРКОВЬ ВО ИМЯ СВЯТИТЕЛЯ МИТРОФАНА, ПАТРИАРХА ЦАРЕГРАДСКОГО

Построена церковь в 1760 году и является одним из поздних сооружений. Одноэтажная, но на высоком подклете, одноглавая, с пятигранной алтарной абсидой, церковь завершена восьмигранным глухим барабаном с шейкой, главкой и крестом. В прошлом церковь имела с трех сторон каменную паперть на столбах, которая

из-за ветхости в 1792 году была разобрана. Высота церкви 30,5 м.

Церковь во имя святителя Митрофана,
Патриарха Цареградского.

В подклети имеются две палаты, в одной из которых находится усыпальница настоятелей монастыря. Церковь имела два входа, один с южной стороны через крытое крыльцо на соединенных арками кирпичных столбах, второй — из настоятельских палат.

В 1972 году был укреплен её верх, заменена кровля, переделана деревянная лестница, несколько укреплена цокольная часть с северной стороны. В 1992 году церковь была освящена и стала действующей.

В Центральном Государственном архиве древних актов имеются документы о строительстве этой церкви. Фотокопии некоторых из них экспонируются в местном музее. Вот их краткое содержание. Документ №2789: «Святейшего правительствующего Синода великому господину преосвященному митрополиту Московскому и Севскому Тимофею покорнейшее доношение Пафнутьева монастыря Боровского от архимандрита Митрофана Шеинкова. Имею я желание по обещанию своему построить в оном Пафнутьеве монастыре каменную церковь во имя святого Митрофана Константинограда патриарха. Что касается покупки на строительство церкви материалов,

как-то: железа, золота, красок и прочего, плата за наем мастеровым, намерен я держать собственные свои деньги, не употребляя казенных мирских денег ни на что. Покорнейше прошу в построении церкви дать милостивое вашего высокопреосвященства благословение и указ. Декабря дня 1758 года Архимандрит Митрофан Шеинков». На этом доношении наложена резолюция: «1758-го года декабря 16 дня Богу се угодное дело благословляет смиренный Тимофей Митрополит Московский».

Церковь во имя святителя Митрофана, Патриарха Цареградского.
Вид из башни монастыря.

Указываются некоторые конструктивные особенности постройки, где сделать окна, какими должны быть полы, кровля

и т.д. Инструментом крестьяне пользуются своим, а шайки, ушаты, гвозди и прочее (как, например, квартира) монастырские. Подробно оговаривается плата за работу: «… за всю вышепрописанную работу взять нам от него господина отца архимандрита денег триста рублей, муки ржаной тринадцать четвертей, круп гречневых шесть четвертей, ячных четыре четверти, ветчины пять пуд, масла конопляного два ведра, масла коровьего один пуд, соли три пуда, толокна сеянного две четверти, гороху две четверти, двадцать баранов, говядины соленой десять пуд, снетков шесть четвериков московской меры, рыбы соленой два пуда. Квасу и капусты серой во время того строения давать потребное число без излишества, да в воскресные дни пива по ведру да для варения пищи котел иметь нам монастырский…» Денежная расплата производится частями: 30 рублей задаток, затем по мере выполнения работы 70, затем ещё 70, а остальные 130 рублей — по окончании всей работы.

«…Как нам именованным, так и принятым работникам, — говорится далее в документе, — быть не подозрительным и не беглым, но с надлежащими действительными пашпартами. Да и работных людей при той работе иметь нам надлежащее число, смотря по приготовности материалов, дабы остановки быть не могло…» Контракт скреплен подписями, но не мастеров, которые очевидно были неграмотными, а других людей: «К сему контракту города Калуги церкви Богоявления Господня дьячок Герасим вместо выше (помянутых) Мартиниана Андреева и Фомы Никитина по их прошению руку приложил. По сему контракту города Калуги купец Иван Григорьев сын Трубачев по выше писанных подрядчиков Мартнниана Андреева и Фомы Никитина ручаюсь в том и подписуюсь…»

И вот заключительная запись по этому контракту от 1760 года августа 30 дня «…По сему контракту вышеписанными каменщикам как деньги, так хлебный запас и харч все сполна отдано и они каменщики и с работниками их из оного Пафнутьева монастыря отпущены».

В 1972 году, во время ремонта купола церкви, под кровлей обнаружили неразорвавшийся снаряд, пролежавший там со времен Великой Отечественной войны, когда отступавшие фашистские части производили обстрел местности. Снаряд пролежал в кровле храма 30 лет.

Церковь во имя святителя Митрофана, Патриарха Цареградского. Внутри церкви. 

27 июля 1992 года церковь Митрофана, патриарха Цареградского была освящена. В престол были положены мощи мучеников Хозевитских; также ныне в этом храме хранится ковчег с мощами Блгв. кн. Анны Новгородской.

ЦЕРКОВЬ ИЛИИ ПРОРОКА И БОЛЬНИЧНЫЕ ПАЛАТЫ

Когда построено это здание — точно не установлено, но во Вкладной книге за 1670 год написано: «Боярыня княгиня Мария Мироновна, да сын ея князь Иоанн Борисович Репнин дали на строение каменной церкви с больницею денег пятьсот рублей». 

Церковь Илии Пророка и больничные палаты. Зимой.

Церковь Ильи — одноэтажная, небольшого размера, квадратная в плане, с алтарем, устроенным полукружьем. Строительный материал — тяжеловесный кирпич. С западной стороны к церкви примыкает больничная палата, а с 

северо-западной — трапезная с небольшой кухней. Церковь, трапезная и больничная часть строились не единовременно, а с некоторыми разрывами во времени, что видно по стыкам этих частей здания. Между церковью и больничными палатами устроен «слуховой проем», заставленный металлической решеткой. Сделано это для того, чтобы больные, находившиеся в палате, могли слышать и видеть церковную службу.

Фасады церкви не имеют декоративной обработки, кроме кирпичного валика по стенам. Окна небольшие, глубокие, ушедшие в толщу стен, с дугообразными перемычками, с наружными и внутренними откосами. Такая форма оконных проемов, как и в основной трапезной, с которой мы уже познакомились, способствовала увеличению естественной освещенности помещений. Небольшие размеры окон обеспечивали меньшее охлаждение этих помещений. 

Церковь Илии Пророка и больничные палаты. Летом. 

Территория монастыря, где сейчас расположены больничные палаты с Ильинской церковью, то есть

северо-восточная часть двора, была местом захоронения погибших в сражениях в 1610 году. О том, что здесь было кладбище, мы убедились в 1955–1960 годах, когда здесь строили водонапорную башню и рыли траншеи для укладки водопроводных труб. Таким образом, Ильинская церковь с больничными палатами, построенная на костях предков, является памятником тем героям, которые сложили свои головы в боях за Родину.

Церковь Илии Пророка и больничные палаты. Вид со стороны апсиды.

Второе монастырское кладбище было также во дворе монастыря — между трапезной с церковью Рождества Христова и 

Юго-восточными братскими кельями. В 1933–1935 годах здесь был построен двухэтажный кирпичный корпус сельскохозяйственного учебного заведения. Являясь инородным по назначению и архитектуре, этот корпус мешает обзору древних зданий монастыря.

13 апреля 1991 года состоялось освящение Ильинской церкви с Больничными палатами, в престол были положены мощи Свт. Харалампия, епископа Магнезийского.

Церковь Илии Пророка и больничные палаты. Зимний вид.

1667-1672 гг. Игумен Игнатий. Строительство церкви во имя Святого пророка Илии.

Сим игуменом началось строительство церкви во имя Святого Пророка Илии, теплая, больничная. Во вкладной книге под 1670 годом сказано: «Болярыня Княгиня Мария Мироновна, да сын ея Князь Иоанн Борисович Репнин дали на строение каменныя Церкви с больницею денeг пятьсот рублей. Церковь сия одноэтажная, квадратная малого размера. Алтарь при ней устроен полукружием. Стены ея выкладены все сплошною кладкою из кирпича продолговатого и тяжеловесного, и сохранились в своем первобытном виде, кроме окон, кои впоследствии времени распространены для умножения света в церкви. Наружные стены гладкие. Кровля на церкви на четыре ската, железная, без подзоров, окрашенная красною краскою, переделанная вновь. Фонарь, устроенный на своде, глухой, цельный. На нем глaва круглая, покрытая железом вгладь и окрашенная зеленою краскою. Крест деревянный, осьмиконечный, обитый железом и окрашенный, с цепями от боковых концов до главы. Дверь с западной стороны одностворчатая, деревянная, простая. Над дверью проход устроен отлогою аркою. Внутри церкви Алтарь отделяется от храма одним малым двухярусным Иконостасом, в коем все Святые Иконы Греческого письма, без окладов, и были поновляемы. Престол и жертвенник деревянные. Пол в алтаре из лещади обожженной, а в самом храме досчатый, настлан вровень с полом Алтаря».

наверх